Отщепенец. Книга 8

Где Катран он, разумеется, не знал, но он владел информацией о местонахождении других более сильных созданий чем он, и, как только я узнал всё, что он мог мне рассказать, я уничтожил его тело и его душу в этом мире больше ничего не держало.

Я так думал, но я сильно ошибся. Освободившись от костей, его душа ринулась в моё тело. Такого я не ожидал. Сначала я почувствовал, как теряю сознание, а потом я вновь оказался внутри своего тела, отключённый от его управления. Вот только был я тут не один. Напротив меня висела душа архилича.

Кажется, до меня дошло, как некромантам удалось победить сильнейших магов этого мира. Результаты экспериментов Катрана действительно впечатляют. Архиличи сами по себе очень сильные создания, и, чтобы их убить или развоплотить, необходимо очень сильно постараться, а если после того, как ты его убьёшь, его душа попадёт в твоё тело то шансов выжить у тебя почти нет.

Однако я тоже нахожусь не в своём теле и кое-чему, в плане управления своей душой, уже научился. Более того, я дарг, и, как оказалось, я дарг именно душой, а значит, я не просто смогу побороться, я разорву душу, посмевшую вторгнуться в моё тело.

Я оскалился. Не знаю видно ли было мой оскал на моей душе, но, кажется, архилич почувствовал моё настроение, а я ощутил его неуверенность и тут же рванул в атаку.

Я не знаю можно ли повредить душу и есть ли у моей души когти, которыми я обладал, когда был даргом, но мне было всё равно. Сейчас передо мной находился враг, который должен умереть, и я убью его!

Поначалу мне казалось, что душа лича не получает никакого урона, но присмотревшись я понял, что мне удалось её слегка порвать.

А вот он не смог причинить мне абсолютно никакого вреда.

На всякий случай я попытался вытянуть энергию из души, но не тут-то было. Навыки моего тела здесь не работали. Работали здесь только навыки моей души. Но это тоже неплохо, потому что я обожаю ближний бой!

Архилич пытался связать меня своей душой, он становился будто резиновым и вязким, он обвивал мои конечности и сковывал мои движения, вот только это ничего не меняет.

Я продолжал тянуть и рвать, и вскоре его душа больше напоминала бахрому. Я не знал, как мне его убить, но сам бой доставлял мне неимоверное удовольствие. Это давно позабытое чувство наслаждения битвой, которое я уже давно не испытывал, поскольку просто не было равных противников, но сейчас... Сейчас я был счастлив и старался растянуть каждое мгновение боя, для того чтобы потом вспоминать его.