Мантра тысячи смертей

— Придет время и ты узнаешь, — уклончиво ответил Рави, похлопывая юношу по плечу.

Все это время учитель жил с ними рядом. Сперва на той самой лавочке, но уже очень скоро смог каким-то образом выменять у их соседа дом и обосновался там. С каждым днем тете Лелани становилось все лучше. Ей больше не приходилось работать, поэтому весь день она либо наблюдала за тренировками детей и готовила, или же просто спала. Иногда дети видели, как они вместе с учителем гуляют по трущобам.

И все же, Аша чувствовала, что тетя не до конца выздоровела.

Девушка замечала, как иногда у нее трясутся руки, грустнеют глаза и опускаются плечи. Аша не могла отделаться от ощущения, что Лелани уже никогда не станет прежней. Из-за этого ей хотелось как можно быстрее научиться сражаться, выйти на арену и вернуть ту самую жизнь, что у них забрали.

Бесконечные тренировки превратились в обыденность. Аша уже не помнила жизни, когда бы не тренировалась каждый день. Бег, силовые упражнения, обучение техникам, медитация, еда, сон, повтор.

Такой режим стал для них с братом новой реальностью. Первое время они стали знаменитым развлечением для жителей трущоб, но совсем скоро интерес у зевак пропал.

Когда Аша наконец смогла двинуть глыбу вперед, никого не было рядом, кроме учителя и Амита. Как и не было радости в сердце девушки. Она посмотрела на глубокие рытвины, которые оставил за собой некогда непобедимый камень, и просто пожала плечами.

— Ты смогла, но не рада этому, почему? — спросил оказавшийся рядом учитель.

— Это всего лишь камень, — задумчиво ответила Аша. — Мы тренируемся не для того, чтобы двигать камни.

— Хороший ответ, — усмехнулся старик Рави, почесывая бороду. — Верни глыбу на место и пойдем за мной.

Аша кивнула и почти без труда двинула камень назад. Они с братом шли за учителем и даже не переговаривались. Усталость никуда не делась, они общались все реже, лишь иногда подшучивая друг над другом или обсуждая сны во время утренней пробежки. Все остальное время они посвятили тренировкам.

Учитель Рави привел детей к тому самому месту, на окраине трущоб, где они сражались за право обладать браслетом, который дарил Аше способность видеть боевой потенциал противников. Девушка носила его все это время, но так и не пыталась использовать с того самого дня, как впервые увидела слова и цифры, раскрывающие возможности учителя. Рави дошел до того самого пьедестала, посередине которого была глубокая трещина.