Святая Мечей: Линарис

Марина почувствовала, будто теряет контроль над собственным телом. И это чувство ей совсем не понравилось. Она попыталась закричать, но изо рта вырвался лишь легкий смешок. Рука сама дернулась к рукоятке Стормраннера. Девушка почувствовала знакомый холод и уверенность, пробегающую по позвоночнику и охлаждающую ее пыл. Вовремя. Она смогла вернуть контроль. В самую последнюю секунду.

Стормраннер замер над головой гнома, который очень часто заморгал, стараясь понять, что именно произошло. Он не заметил удара, не смог уследить за движением клинка.

Ему показалось, что он услышал странный, громкий гул, очень похожий на тот, что обычно предвещает начало грозы. А потом уставился на тонкое лезвие клинка, опасно нависшее над его гладко выбритой головой. Свет, пробиваясь через окна лавки, игриво блестел, отражаясь то от его головы, то от матовой поверхности клинка.

— Я Марина Щербинина, Мастер Меча и владелец Стормраннера. Я не воровка и не лгунья. В следующий раз, когда вы, достопочтенный Андрэ, посмеете обвинить меня в грехах, которые я не совершала, — Марина дернула меч обратно, едва заметно качнув его перед этим.

Легкое движение, которое она тренировала почти каждый день. Стормраннер быстро успокоился, только лишь попав в ножны, а Андрэ непривычно слизнул с бороды капли крови. Маленький, почти невидимый, порез на макушке высек лишь несколько тяжелых капель, упавших на бороду.

— Две тысячи пятьсот звонких монет. Они стоят все три тысячи, но я заберу свои пять сотен за то, что вы угрожали мне, — гном, не теряя самообладания, протянул вперед свою ручищу.

— Я возьму две бутылки масла для своего меча бесплатно, за то, что вы подвергли сомнению мою честь, — Марина скользнула вперед, хватаясь за руку гнома до того, как тот успел убрать руку.

Андрэ недовольно запыхтел, стараясь поскорее остановить рукопожатие, но Марина какое-то время сильно сжимала ладонь, не желая отпускать. Андрэ пришлось ответить таким же жестким рукопожатием. Они кивнули друг другу, гном бережно закутал мечи и удалился внутрь лавки, буркнув под нос:

— Сейчас принесу деньги.

Марина услышала за спиной, как тяжело выдохнули Колмир с Линтарой. Она приветливо повернулась к ним:

— Проснулись?

— Поговорим после, — на лице Колмира не было и тени радости. Линтара выглядела обеспокоенной.

Марина почувствовала, что этой выходкой явно перегнула палку. Вот только делала это отнюдь не Марина. Точнее, не совсем она. Девушка слышала в самом углу лавки непрекращающийся, заливистый смех.