Эмпат. Остров Древних

Но проклятие, конечно, страшнее, чем её блюда.

— Ох мля, опять ты Костров в какую-то жопу попал, — тяжело вздохнул я и осторожно потрогал покрывшиеся запёкшейся кровью две круглые ранки на шее. Они отозвались лёгкой болью. — И что теперь делать?

Видать, придётся поработать на вампиршу. Иного пути я пока не вижу. Авось мне даже удастся нажиться на сотрудничестве с ней. Она мне поначалу в качестве награды предлагала лишь мою же жизнь, а под конец уже обещала и одарить, и защитить. А мне действительно вполне может понадобиться её защита.

Угроза со стороны эльфов существует. По крайней мере, «эмпатия» сказала, что вампирша не врала, когда говорила об остроухих.

— Эх, как же всё сложно, — прошептал я, поморщился, встал на ноги и, покачиваясь, вышел из кустов.

Карта осталась у Жанки, но я помнил путь к выходу из подземелья гномов. Придётся идти через джунгли прямо к побережью, а там есть дорога, ведущая на плато к Белому городу. Благо на гномьей карте побережье значилось как более-менее безопасная территория.

— Ну, в путь-дорогу, — повторил я слова Петровича, покрепче сжал копьё и осторожно пошёл по еле виднеющейся тропке.

Наверное, со стороны я выглядел, как одичавший бомж. Мои штаны и рубаха покрылись шикарными дырами, а у левого кроссовка начала отклеиваться подошва. Тело же чесалось и зудело. Но я всё равно двигался довольно бодро и прислушивался к «эмпатии», улавливающей чувства живых существ, шастающих поблизости.

К сожалению, площадь такой «разведки» была довольно небольшой, поэтому я решил вложить в «эмпатию» последнее свободное очко, чтобы радиус действия способности увеличился.

Повысившаяся до третьего уровня «эмпатия» улучшила на один балл «дух». Правда, способность начала жрать выносливость чуть активнее, чем раньше. Кажется, мне придётся почаще отдыхать, однако моя относительная безопасность стоит того. Придя к такой мысли, я двинулся дальше, обходя десятой дорогой враждебно настроенных существ.

Вскоре джунгли уступили место одиноким пальмам, а жирная, богатая перегноем земля стала изобиловать пятнами грязно-серого песка.

Воздух же напитался солью и пропал шум реки, нырнувшей под землю. Но на смену её грохоту пришёл приглушённый расстоянием рокот прибоя. Он вторил противному жужжанию вездесущего гнуса, лезущего в уши, нос и глаза.

Я в очередной раз осатанело помахал перед лицом рукой и внезапно почувствовал волны страха, идущие из-за растущих вместе пальм. Там явно кто-то был.