Великий. Красный.

— Значит есть надежда, что с тобой они, наконец, начнут выполнять свою работу как и положено? — мать была предвзята как всегда, но Айка знала, что та больше играет недовольство, потому шутливо возмутилась:

— Ну ма-а-ам! Они хорошие, сколько повторять?

— Сколько не повторяй , а пока не увижу — веры нет.

— Так вот же, результат — меня перевели и больше никаких конфликтов с Сацуки.

— Рано пока говорить об этом. Всего день прошел… — отведя взгляд, женщина уже тише закончила, — И мне страшно оставлять тебя одну, когда тебе может быть нелегко.

Айка враз погрустнела, поняв куда клонит мать, и взглянула на пустующее место главы семейства, что так и не вернулся пока домой.

— Вы снова уезжаете, да? — голос предательски дрогнул, но Кирю постаралась сдержать подступивший к горлу ком.

— Айка… Ты ведь все и так понимаешь. Мы не первый раз об этом говорим.

— … — молчание было ответом. Поразглядывав несколько секунд пустую тарелку, девушка все же постаралась взять себя в руки.

— Когда и на сколько?

— Билетов еще нет, но скорее всего завтра. А вернуться должны через пару месяцев, — на эти слова Айка чуть успокоилась. По крайней мере, в этот раз командировка продлится не полгода, как уже не раз бывало.

— Тогда не переживай. Ничего со мной не случится за это время.

— Может я все же попрошу бабушку приехать?

— Нет, не нужно. Давай лучше к ней сами съездим когда вы вернетесь?

— Хорошо, родная.

— Да, только посуду помою.

— Оставь. Я сама. Все же нескоро мне еще удастся помочь тебе с этим.

Сделав несколько шагов навстречу к матери, Айка обняла ее, и простояв так несколько секунд, разорвала объятия.

— Тогда доброй ночи, мам,

— Сладких снов, родная.

***

Устроившись поверх одеяла, Кирю разглядывала хорошо видимое из окна звездное небо. В такие моменты она радовалась, что живет не в самом крупном городе, и хотя засветка присутствовала, мерцающие в небе огоньки были все еще хорошо различимы.

Родители постоянно уезжали в командировки, оставляя девушку на попечительстве родственников, а с недавних пор и вовсе предоставленной самой себе. Иной подросток мог бы быть рад такому положению вещей, но Айка не понимала этого.