Великий. Красный.

Куда быстрее, чем в тот памятный раз, когда вез на себе сумевшего завоевать его уважение человека. И все же он опоздал. Когда рев разгоняемого крыльями воздуха прокатился по округе, над руинами символа былого могущества драконьего культа уже вздымалась ввысь переливающаяся радужная воронка. И была она куда больше того, чем в свое время воспользовался Довакин. А еще чувство подавляющей мощи, разлившееся вокруг, было слишком хорошо знакомо красному дракону.

— Значит, даже она не смогла обуздать твою мощь… — Впервые за долгое время дова сказал что-то вслух, и звук собственного голоса показался ему незнакомым.

Но отбросив прочь ненужные сейчас мысли, он вновь пристально вгляделся во все увеличивающуюся воронку. Иные дова предпочли бы не вмешиваться в то, что не касается их прямо, но этот был не таким. Его гордость лишь немногим уступала двум старшим братьям, что когда-то вели дов* за собой. И пусть за последний век ему стало знакомо смирение, отвергнуть брошенный судьбой вызов он не смог бы никогда.

Стоило красному дова скрыться в переходе меж мирами, как воронка схлопнулась, а накопленная энергия вырвалась во все стороны, окончательно превращая в пыль окружающие руины.

***

Жаркой летней ночью девочка не могла заснуть. Стоило только коснуться простыни, как та мигом пропитывалась выступившей испариной, а тяжелый влажный воздух не давал даже полноценно дышать. Поворочавшись еще немного, она неловко поднялась с футона и тихо отодвинула перегородку, стараясь не потревожить бабушку с дедушкой, привычных к такой погоде, а потому быстро задремавших.

Улица встретила ребенка ветерком, что слегка отгонял жару и позволил вздохнуть спокойнее. Усевшись на помосте веранды, девочка восторженно разглядывала необычайно красивое этой ночью звездное небо. На секунду ей показалось, что сияющих огоньков в небе стало больше, и даже северное сияние радужной полоской пробежалось перед ее взором. Ребенку было неведомо, что в этих широтах такого явления не бывает, потому ей ничто не мешало просто наслаждаться открывшимся зрелищем.

И вдруг звезды, бывшие на этом небосводе лишними, пришли в движение. Одна за одной они исчезали, оставляя за собой яркие хвосты.

«Звездопад! Настоящий!», — промелькнула в ее голове восторженная мысль. Но стоило только вспомнить о необходимости загадать желание, как всем вниманием девочки завладела одна единственная звездочка.