Драконов мало. ДС-12

В кабинете, во всяком случае… При обходе комнат второго этажа она неожиданно столкнулась с Вильмой, которая ждала её из этого обхода.

- Я возьму Стена, - спокойно сказала девочка-маг и подняла малыша на руки, чтобы унести его в ясли-сад.

Селена притворила за ней дверь и некоторое время бездумно простояла в коридоре. Потом вспомнила ещё об одном деле и заторопилась. Понцерус – знала она – ложится поздно, а уж сегодня, когда рядом нет его друга Трисмегиста, а назавтра не надо вставать, чтобы спешить в пригородную школу, он наверняка зачитался теми книгами, которые были принесены с рынка и которые до сих пор проходили проверку на состояние страниц и обложек.

Это так говорилось. А в реальности – оба преподавателя-философа увлечённо читали то, что могло пропасть и тем самым ослабить целое государство. Последнего Селена не понимала, но принимала как данность.

Она вышла из Тёплой Норы и садами, известной ей дорожкой прошла к домику Трисмегиста и Понцеруса. Свет в окошке ободрил её. В дверь она стукнула один раз.

И улыбнулась, когда открыл ей Ивар.

- Ты почему здесь? – спросила она, заходя.

- Кадму перевязки делали. Понцерусу одному неудобно – держать его и перевязывать, - объяснил мальчик-друид, шагая в комнату, которую в последнее время знавшие о ней называли комнатой-библиотекой. – Я сейчас ещё немного побуду здесь и пойду к себе.

- Добрый вечер, Понцерус! – поздоровалась Селена, входя следом за ним в комнату, где в кресле сидел старый эльф-философ. Наедине она обходилась без приставки «уважаемый», и оба философа признавали за ней это право.

– Пришла узнать, как тут Кадм. Не нужно ли чего для него…

- Всё, в чём нуждается мальчик на сегодняшний день, у нас есть, - улыбнулся Понцерус, вставая. – Хотите взглянуть на него, чтобы убедиться?

- Разбужу, - с сомнением сказала хозяйка места.

- Нет, мы дали ему сонного питья, чтобы спал глубоким сном, необходимым ему.

- Тогда не буду заходить, - решила Селена и огляделась. – У вас тут уютно.

Горящие свечи, бросавшие свет на стол с книгами, и правда создавали странный уют, который странной же болью отозвался в сердце: «Мы здесь – они там.

Уютно ли им – там? Всё ли с ними хорошо?.. Связаться бы с братьями – страшно: а вдруг они в этот момент в такой ситуации, что я могу накликать беду на них?..»

- Посидите, леди Селена, - тихо сказал Понцерус. – Посидите немного. Вам пришлось побегать сегодня. Столько тревог…

Она огляделась и села в кресло Трисмегиста, пообещав себе, что вскоре уйдёт.

Ушёл Ивар.