Алый осколок (Стеклянные небеса 1)

Витраж перед ним, например, изображал, как одетые во все черное Проклятые, изгнавшие Безмолвных Богов, получают власть над небом и землей, наслаждаясь тем, как далеко внизу люди рвут друг другу глотки в вечной жажде власти. Многотысячные армии бились друг за другом за клочок земли, оставляя после себя море трупов. Говорят, раньше войны действительно были столь масштабными, не то, что сейчас, когда время от времени приграничные отряды сталкиваются друг с другом и почти сразу же расходятся...

— Впечатляет, не правда ли?

Теолрин едва не разлил на пол содержимое бокалов, когда рядом с ним раздался голос.

Незнакомый голос. Женский. Высокий.

Теолрин нерешительно оглянулся, надеясь, что ему показалось, и вопрос был обращен не к нему. Однако надежды его быстро обрушились. Позади него стояла дама, одетая в платье цвета вечернего неба с закрытыми рукавами и зеленые перчатки; шею ее облегало жемчужное ожерелье, а прическа представляла собой сложное переплетение золотисто-русых волос: укрепленные лентами, они сначала поднимались вверх, точно гребень волны, а затем ниспадали вдоль шеи и плеч двумя водопадами.

Лицо ее, за исключением тонких розоватых губ, было скрыто под белой кошачьей маской. Судя по голосу и фигуре, она была девушкой, и, скорее всего, девушкой достаточно молодой. Впрочем, делать окончательных выводов Теолрин не стал — то, что сокрыто одеждой и маской, легко может ввести в заблуждение особо доверчивых.

— Вы про витражи?..

Теолрин немного замялся, не зная, нужно ли в конце вопроса добавить «миледи» или же как-то поклониться, но в итоге отказался от обеих затей.

В конце концов, он здесь не слуга... Ну, с тех пор, как переоделся, по крайней мере.

— Ну, явно не про бокалы с огненным шампанским, — девушка едва заметно вздернула закрытую перчаткой правую руку, — которых не досчитались на столе герцога.

«Ах, так это огненное шампанское... Еще и предназначенное самому герцогу. Как жаль, как жаль».

— Что поделаешь, — Теолрин улыбнулся, приподняв бокал на уровень лица, — так уж вышло, что я падок на запретный плод.

«Что ты несешь, придурок? — тут же спросил он у самого себя. — Какой, нахрен, запретный плод? Совсем тронулся головой?»

— Говорят, это характерно для многих представителей мужского пола, — с легким, почти неслышным вздохом произнесла девушка. Руки она теперь держала скрещенными на груди. — Особенно для тех, кому большинство обычных плодов легко доступны.

«Ну да, это точно про меня».