Школа боевой магии. Том 1

А там точно что-то было не так! Слишком обычный гараж! Вроде всё на месте: и прикрытая щитом смотровая яма, и инструменты на полках, и ящики с деталями, и канистры у стены, и зимняя резина в углу… И всё же, мне стало не по себе от этого места!

Я не спеша спустился до ровной площадки, прошёл немного вперёд и остановился. Я как будто почувствовал преграду впереди, но при этом никакой преграды не увидел.

И тут с громким мяуканьем в гараж забежал Дёма. Хвост трубой, шерсть дыбом. Подскочил ко мне и взлетел по штанине на руки.

– Ну что, – говорит Григорий Ефимович. – Все в сборе. Вот, ты хотел посмотреть, что тут… – и разводит руками, приглашая оглядеть гараж.

И если б я не видел, как сюда уводили парней с девицами и Арика, я бы уже развернулся и ушёл – ничего интересного там не было. Вообще! Кроме ощущения преграды там, где её нет.

Не знаю почему, но я протянул руку к несуществующей преграде, как к… В общем, так же как вчера, когда с Борей на тренировке с опорами работали.

В следующий миг гараж исчез. Растворился. Словно мои иллюзии в супермаркете, когда мы с Ариком развлекались.

Точнее, исчез не гараж, а гаражный антураж. Помещение-то осталось. Вот только размером оно теперь было побольше и… как какой-то пустой склад. Освещение вроде осталось то же – одна лампочка на потолке, но из-за того, что полки канистры и всё остальное исчезло, атмосфера стала другой – ещё более тревожащей. А тут ещё и дверь закрылась.

– Ну что, Влад! Вот ты и увидел мою лабораторию, – сказал он, оглядывая пустые стены.

У меня от слова «лаборатория» мурашки по коже побежали. Сразу вспомнился учебник по биологии и рисунок препарированной лягушки. Только вместо лягушки, ну вы поняли…

Я стоял как дурак, не зная, что сказать, а Дёма решительно спрыгнул с рук и пошёл обследовать помещение. И именно это напомнило мне о цели моего визита, так сказать.

– Где Арик? – спросил я.

– С ним всё в порядке, – ответил Григорий Ефимович. – Но я тебя пригласил сюда не за этим. Ты…

– А я сюда пришёл именно за этим! – перебил я Григория Ефимовича.

Тот посмотрел на меня исподлобья, и вдруг засмеялся. А потом выдохнул:

– Отчаянный ты парень! Начисто лишённый инстинкта самосохранения. Но ты мне нравишься!

Я хотел ляпнуть про то, что он мне – нет. Но слова об инстинкте самосохранения заставили прикусить язык.