Балин. Сын Фундина. Государь Мории

И твоего топора тоже.

Тартауриль тоже оставил несколько строк в книге.

- Мои товарищи возвращаются обратно, в Сумеречье. Я же прошу для себя разрешения государя Казад Дума остаться на некоторое время.

- И это разрешение ты уже получил, благородный Тартауриль. Государь Мории с радостью приветствует тебя, - с достоинством отвечал Балин.

- А как же разведчик из Лориэна? Он тоже должен оставить подпись. Ведь он присутствует здесь, - с некоторой озабоченностью произнес Ори.

Орофэн приблизился. Он с любопытством смотрел на окружающих его.

Потом поднял руку, призывая к тишине, и произнес несколько фраз на странном певучем языке. На этот раз Балин не понял слов, но Тартауриль, стоявший рядом, перевел:

- Разведчик Лотлориэна говорит, что тебе повезло, повелитель Мории. С тобой я вижу людей Озерного края, эльфов Сумеречья, гномов Рудного кряжа. С дней Последнего союза такой договор заключается впервые. Он счастлив, что сможет поставить свою подпись и не сомневается, что владычица Галадриэль одобрит его поступок.

Последним к Ори придвинулся человек в черных доспехах, Борп.

- Дозвольте и мне расписаться. Не только молодой Гримбьорн и его воины приложили руку к этой победе.

Борп писал долго, сопел и кряхтел, и оставил после себя целую страницу, исписанную корявыми буквами.

- Слава государю Мории, Балину, сыну Фундина! - закричал он, после того, как отдал перо Ори.

Одобрительные возгласы присутствующих были ему ответом.

Рядом низко протрубил рог. Гримбьорн, удостоверившись, что привлек внимание пирующих, взмахнул рукой, разрубая ладонью воздух.

Этот ставший для всех привычным жест означал: «Отбой».

С видимой неохотой воины начали расходиться. Балин, который думал, что на сегодня с него хватит разговоров, поплелся к своей палатке. Но тут дорогу ему преградил Гримбьорн:

- Мы еще не закончили, сын Фундина. Мой отец не зря говорил о деньгах.

Балин остановился, смерил сына Бьерна долгим взглядом.

- Что еще? - спросил гном.

- Ты ловко отговорился. Но у нас большие потери в лошадях.

Когда мы ставили засаду у Северных ворот, коней пришлось оставить в лагере. Мы их не привязывали, но орки смогли многих подранить и покалечить.

Гримбьорн пристально глядел на гнома.

- И что? – спросил Балин.

- Я предлагаю тебе, сын Фундина, купить у нас этих коней, - спокойно сказал Гримбьорн.

- Купить? – протянул гном.

- По золотому за покалеченную лошадь, по две серебряных монеты за убитую. Нам потребуются деньги. Мы хотим купить уже обученных коней в Рохане.