Балин. Сын Фундина. Государь Мории

- А пока, принесите мне ошейники этих предателей, - черная длань указала на распластавшихся перед троном орков. – Я хочу рассмотреть их поближе.

Десяток огромных уругхаев, появившись буквально из ниоткуда, ловко подхватили визжавших собратьев под руки. Их поволокли, но не к выходу, а к стене залы, где открылась потайная дверь. Уже через пять минут Саурон держал в руке три ошейника. Небрежным движение он разорвал первый из них. На внутренней поверхности металлической полосы вдруг вспыхнули голубые руны.

«Поцелуй меня в зад, мордорская крыса», - прочитал изумленный Саурон.

Но вместо того, чтобы разъяриться, Темный властелин еще внимательней вгляделся в руны, четко вытравленные ифильдином на металле. Они много могли сказать тому, кто владел колдовским зрением. Через мгновение Саурон отбросил ошейник, как человек отбрасывает от себя свалившуюся на голову змею. На миг он увидел того, кто отправил ему такое послание. И Саурон четко видел, какими глазами смотрел на него угрюмый гном, на сотую долю секунды проявившийся в сознании.

- Я тоже видел его, - прошипел чуть ли не под самым ухом голос. Верховный назгул, неслышно приблизившийся к хозяину, продолжал дальше. – Он погиб от мертвенного огня. Второго, кому маленький уродец передал дар, я сразил в Мории призрачным мечом. Смотрящего глазами Тулкаса больше нет.

- Ты ошибаешься, мой верный слуга, - тихо проговорил Саурон. – Дар Астальдо не проходит просто так. Достаточно вспомнить род Хадора, где этот «подарочек» передавался из поколение в поколение, пока проклятье Мелькора не остановило его.

Ты убил одного – на это место придет другой. Чувствую, что у нас начинаются большие проблемы. Тем быстрей мы должны действовать. Иначе недолго осталось ждать, чтобы топоры мерзких карликов Балина постучались в ворота Барад Дура. Армии давно готовы и ждут только приказа. Но сегодня мои отряды поведут не назгулы. У меня есть небольшой сюрприз для гномов, - когтистый палец уткнулся в Уругу.

- Ты поведешь войска и докажешь мне свою преданность, - прошипел Саурон.

* * *

В тысяче миль от этого места, за большим столом, заваленном бумагами, сидел гном. Он потянулся, зевнул, машинально перелистнул пару страницсвоего «Трактата о болезнях людей», над которым работал вот уже много месяцев. Ори повернулся, окидывая взглядом стол, что притаился в углу комнаты. Там, наваленные друг на друга, лежали несколько десятков больших листов бумаги. Самой настоящей бумаги. Очень дорогой материал, думал Ори, но удобный.