Кодекс Крови. Книга III

Над ними стоят мощные щиты, экранирующие любую магию, возможно, поэтому поиск так долго не давал результатов, — с сомнением прокомментировала вампирша. — Их оставили резервной системой на случай войны.

— Мне нужно ту... — закончить фразу я не успел, ибо мозг взорвался яростным писком, а следом в сознание пришла странная картинка, где посреди синевато-чёрного пятна светились красными ореолами две человеческие фигуры. Более крупная фигура натурально избивала более мелкую, которая была неподвижна и даже не могла защититься.

Я не слышал, как яростно заорал во весь голос, не чувствовал, как сорвался дирижабль в указанном направлении. От беспомощности хотелось выть, но это не выход. Весь свой гнев я передал ближайшим комарам и не приказал, нет, попросил отвлечь на себя внимание ублюдка. Часть серебристых точек устремилась к цели, а я усилием воли вышел из состояния болезненного транса.

— Сколько нам туда лететь?

— Минут пять, — отозвалась Белухина и с сожалением добавила, — но там ни пришвартоваться, ни сесть негде.

Если там ещё и экранирование стоит... — она не договорила, не став повторять про артефакты и хрупкость дирижаблей.

— Не надо садиться, я так сойду.

— Это триста местов примерно, — осторожно уточнила Ксения, с опаской глядя на своих пассажиров. Ей ещё суицида на борту не хватало.

— Ты сдурел окончательно? — возмутилась Агафья, — ты, не я, убьёшься.

Я посмотрел на вампиршу таким взглядом, что она заткнулась.

Дальше мы летели в полном молчании. Для десантирования здесь были предусмотрены специальные отсеки, куда мы и отправились с Агафьей.

Вот только десантироваться обычно предстояло военной технике, а не двум самоубийцам, по мнению всего командного состава дирижабля.

На нас смотрели и чуть ли не крутили у виска пальцем, но мне было всё равно. Я пытался раздвоить сознание, чтобы снова подключиться хотя бы к кому-то из комаров на месте высадки. С пятой попытки удалось, но картинка держалась всего несколько секунд. Я увидел лежащую на полу хрупкую фигуру и более крупный силуэт, хаотично двигающийся в нелепых позах.

Цвет его ареола менялся с ярко-оранжевого на бледно-жёлтый. Судя по всему, комары медленно, но верно высасывали из него кровь.

Я разрывался между желанием убить этого ублюдка собственными руками и необходимостью отвлекать его внимание от Светы. Скрепя сердце, я не стал отзывать комаров. Всего не выпьют, мне тоже что-то да останется.

— Ты уверен? — услышал я одновременно один и тот же вопрос от Комаро и Агафьи.

— Да.