Кодекс Крови. Книга III

— Подстрахует он меня, — бубнила Тильда, наконец, выбираясь из паланкина под иллюзией, оттого для окружающих это выглядело колыхнувшейся на ветру газовой тканью и не более, — ты сейчас себя не всегда спасти в состоянии, а тут меня собрался!

— Милая, ты ему главное кровь пусти и мне её дай, дальше я разберусь уж как-то, — успокаивал я раздражённую эргу, — кровь есть у всех, а с ней я могу творить чудеса даже в своём нынешнем печальном состоянии развития.

— Надеюсь, до этого не дойдёт, — чуть успокоилась Тильда, — таких лучше в друзьях иметь, да и на территорию я не претендую.

— Ну пойдём уже, что ли, покажешь кавалера? — подколол я эргу, за что тут же был послан в далёкое пешее эротическое путешествие.

Пока мы пререкались, мои барышни выбрались из паланкина и плывущими походками направились в мою сторону. Агафья повисла у меня на плече и принялась ворковать, с лёгкостью перейдя на итальянский:

— Мой принц, позвольте нам увидеть воды Каспия. В такую чудесную погоду хочется любоваться аквамарином морских волн.

Голос её сочился эротизмом и обещанием жарких ночей, я же только диву давался безупречности произношения и актёрским способностям этой кровавой бестии. Неудивительно, что мужчины рассказывали ей государственные и военные тайны. Да такой во всех грехах сознаешься, лишь бы сделать своей женщиной. Тэймэй, мысленно хихикая, повисла на моей второй руке, всем телом прильнув в просительном жесте. Остальные две девушки скромно стояли в сторонке, ожидая решения своего господина.

— Ваш господин будет милостив и позволит вам взглянуть на морские воды при свете дня, — я щёлкнул пальцами, подзывая охрану, сам же через кровную связь попросил выделить нам десяток сопровождающих, пока остальные проверят дворец на наличие скрытых артефактов, потайных комнат и соглядатаев в них.

Комары действовали молча, десяток последовал за нами, взяв в своеобразное кольцо, а остальные, включая пластунов отправились обшаривать дворец Платанов. Со стороны это выглядело будто моя охрана понимала мои приказы не просто с полуслова, а с полувзгляда.

На побережье вела дорожка, вымощенная отшлифованным песчаником. По краям росли платаны, кипарисы и живая изгородь из низкорослых кустарников, постриженных в английском стиле. Изгородь формировала зелёный лабиринт с уютными деревянными беседками, мраморными журчащими фонтанчиками и цветущими клумбами с незнакомыми цветами.