Не грози Дубровскому! Том 3

Умершие снова и снова вставали с земли и бросались в атаку.

Позади королевы послышался хлопок. Синеватое окно портала расползлось во все стороны, открыв ей путь к бегству. Вот только отпускать эту сволочь я не собирался. Шипастая лоза обвила её брюхо, пронзив нутро, и быстро ползла к горлу. Тварь не в силах вырваться барахталась из стороны в сторону, суча лапами.

Мои же каналы трещали по швам, а усталость вместе со сломанными рёбрами обещали вот-вот потушить сознание. От напряжения я едва держался на ногах, ощущая, что могу в любой момент лишиться дара.

Из перехода вырвалась кровавая пелена, что одним ударом разрубила лозы, опутывавшие крысу. Тварь испуганно вскочила и попыталась сбежать. Следом за ней я направил остатки поднятых крысолюдов. Как только они вошли внутрь, окно схлопнулось.

Перед глазами поплыли чёрные пятна, и я без сил рухнул спиной на окровавленный песок. Смотря в потолок, подсвеченный синеватыми светильниками, как будто через воду слышал далёкие крики моих друзей.

Подбежав, ребята схватили меня за одежду и поволокли в сторону лазарета.

— Кладите на лавку, — приказал Львов, и друзья, кряхтя, уложили меня на ровную поверхность.

— Витя, ты как? Живой? — спросил окровавленный Гриша, похлопав меня по груди.

От такого похлопывания меня скрутил спазм боли, и я кашлянул в Оболенского кровью.

— Мальчики! Он умирает! — истерично закричала Лунгина, дрожавшая как осиновый лист.

Вглядевшись в их лица, я улыбнулся. А в этом мире не так плохо. Есть верные люди, готовые сражаться вместе со мной. Правда, зачастую им приходится сражаться именно из-за меня. Вот и сегодня они едва не погибли — тоже по моей вине. Зараза! Не стоило показывать артефакт Карловичу.

Оболенский с девочками остались меня охранять, а Лев отправился на разведку. Уходя, он обещал привести лекаря, но всем было ясно, что после такой мясорубки свободный целитель вряд ли найдётся.

Десять минут спустя я почувствовал себя куда лучше. Видимо, артефакт понемногу исцелял полученные мной повреждения.

— Помоги встать, — прошептал я Оболенскому.

Гриша аккуратно подхватил меня и помог подняться. Юлия подбежала с другой стороны и нырнула под мою руку.

— Вить, не умирай, пожалуйста, — жалобно попросила она, хлюпая носом.

— Не говори глупостей.