Амадей и Демоны (том 3)

Кот извлёк телефон, а со стороны, казалось, что он повернул какой-то фокус и достал устройство из воздуха. При помощи него он включил телевизор и нашёл канал, где крутили новости.

– Это было сделать несложно, ты уже не раз светился на камеру. Сначала с рыжей девчонкой из семейства Топаз, а теперь ещё и это, – он указал на телевизор.

С экрана двоё ведущих, мужчина и женщина бурно обсуждали событие это ночи, произошедшей в Ростове. Между ними висела моя фотография, где я шёл вместе с Екатериной по парку училища.

Вскоре экран отдалился и сдвинулся, показывая скрытого за кадром мужчину в дворянском кителе. Он активно подключился к обсуждению, делая колкие выпады в мой адрес и попутно превознося Катюху.

– Ты наводишь слишком много шуму, а этого не стоит делать. Если тобой заинтересуется дюжина или чего хуже сам Император, это может стать повторением истории твоего отца.

Всё это время у меня крутился вопрос, который я хотел задать прямо сейчас, но не решался. Пусть он и выглядит, как этот мужик с фото.

Да, возможно, он мой реальный дед, но…

– Парень ты смышлёный, наверное, уже видел, в чём был замешан твой отец. В подземелье на родовых землях.

– И в чём же? – уточнил я.

– Ты ещё и хороший актёр, – улыбнулся он. – Я был дома и поговорил с Лаврентием, не бойся он не в курсе маленького секретика Виктора, зато я в курсе.

Вот и он развеял мои сомнения.

– Что это за место? – спросил я.

– Внучок, налей мне ещё кофе, пожалуйста, разговор не получится коротким.

Я и сам был не против.

Одна кружка подействовала слабо, хотя сейчас я использовал самый дорогой кофе, который можно было заказать. Взял кружки побольше.

А дед тем временем начал историю нашей семьи.

Прежде чем приступить к самому важному сейчас для меня, он поведал о детстве моего отца и его братьев и сёстрах. Отец не был первенцем, но как-то так сложилось, что все его братья и сёстры. Что младшие, что старшие не переживали и десяти лет.

Ясно, почему на фото отец был с членами рода, но не с родными братьями и сёстрами.

– Самый крепкий из них, Алексей, дожил до шестнадцати.

– Что это значит? Как они умирали?

– По-разному, от обычной болезни, кто-то ломал себе шею, а кто-то и вовсе покончил жизнь самоубийством, – с грустью сказал дед, он глянул на большую кружку кофе, что стояла рядом, но по его глазам было видно, что он хочет выпить сейчас нечто другое. Покрепче.

– Как это понимать?

Дед пожал плечами и всё же отхлебнул горячего кофе.