Провидец

Дальняя стена изменила конфигурацию, выдвинув из себя проекционный экран. Инквизитор вновь клацнул по чёрному прямоугольнику, выводя изображение. Камера, судя по всему, выхватила из зелёно-жёлтой лиственной гущи тварь, выпроставшую из себя длинное щупальце. Отросток подтащил к раскрывшейся пасти котоморфа трепыхающуюся птицу. Воробей, что ли?

Хруст, чавканье.

Мерзость какая.

Троглодит прямо на наших глазах сожрал птицу и не подавился. Вместе с клювом, перьями, коготками на лапках и всем остальным.

Щупальца превратились в лапы.

— У нас глаза повсюду, — констатировал Анатолий. — Это же легальный полиморф? Его внесли в реестр?

— Конечно, — угрюмо бросил я.

— Надеюсь, вы его хорошо контролируете, — без тени улыбки произнёс инквизитор. — И больше не пытайтесь нас обмануть, господин Володкевич. Всё, что нам положено знать, мы знаем.

Экран погас, задвинулся в нишу, и его тут же скрыли неприметные створки.

— Что вам от меня нужно? — решил спросить напрямую.

— Обычно с нами разговаривают более... уважительно, — инквизитор поморщился.

— При всём уважении, я только что прибыл из дальней экспедиции к Фронтиру. И хотел бы отдохнуть перед следующим контрактом. Сгонять к морю, трахнуть какую-нибудь загорелую южанку... Ну, вы понимаете, — подмигиваю ошалевшему мужику в сутане. — А ещё у меня всех в Роду перебили.

— Понимаю, — дознатчик взял себя в руки. — Вам объявлена родовая война? Вендетта?

Пожимаю плечами:

— Ни то, ни другое. Я вообще не знаю, что происходит.

— Тогда у меня для вас две новости, господин Володкевич.

— Начинайте с плохой, — ухмыльнулся я.

— Боюсь, контракты с Домом Волка для вас закончились, — отрезал Анатолий. — Ни в этом году, ни в следующем, ни через десять лет вы не присоединитесь ни к одному из мобильных экипажей.

— Огонь. А что с хорошими новостями? Я умру быстро и не буду мучиться?

— В некотором смысле, — рассмеялся дознатчик. — Даже если вам объявили войну, это больше не важно. Потому что вы поступаете в полное распоряжение Туровской консистории, юноша. И получаете нашу защиту.

— Что? — опешил я.

— Теперь вы резервист, господин Володкевич. Поздравляю.