Провидец

Комбинезон хранился в шкафчике общего бокса раздевалки. В соседних кабинах шумела вода. Уже направляясь к двери, я увидел своё отражение в зеркале. Среднего роста парень в экспедиционной униформе с нашивками Дома Волка. Сам я не из клана, работаю по контракту вольного наёмника. Лицо спокойное, благородное. Волосы тёмные, стрижка короткая. Я уже несколько лет предпочитаю носить полубокс, отправляя лесом парикмахеров с их кропами и канадками. Глаза карие. Скулы настолько острые, что о них можно порезаться. Во взгляде прослеживается нечто хищное, но это у меня из прошлой жизни.

По моему телосложению не скажешь, что я большую часть свободного времени провожу в тренажёрных залах и додзё. Но это там, за Порогом. В мире, который бесконечно далёк и нереален для вахтовика-экспедитора. Здесь же ограничиваюсь тем, что подворачивается под руку. То есть — полом. Планки, отжимания, растяжка...

В общем, я не гонюсь за мышечной массой.

Превращаю своё новое тело в совершенное орудие — функциональное и безотказное. Тяжело, между прочим.

Учитывая тот факт, что мой предшественник в детстве был редкостным рохлей.

Покинув банно-прачечный сектор, я оказался в тесном тамбуре, из которого можно за несколько минут добраться до жилых отсеков. Внезапно захотелось подышать свежим воздухом, благо предоставилась такая возможность. Моторы работали на холостом ходу, экипаж вышел на незапланированную уборку — отдраивать корпус от слизи и внутренностей дохлого червя.

Выбравшись на верхнюю палубу, я увидел копошащихся людей со шлангами, из которых под давлением били воздушные струи с какими-то очищающими добавками.

Вони стало поменьше, но я уловил запах чистящих средств.

Большую часть палубы успели привести в порядок. Сейчас, насколько я понял, прочищали траки, орудийные башни, радары и прочие надстройки. А ещё мой зоркий глаз заприметил Эрика Картмана, который устанавливал рядом с гниющей горой плоти радиомаяк. Интересно, зачем.

— Мы связались с ребятами из Карагая, — рядом встал бодрый и свежевымытый Лич.

От командира расчёта пахло чем-то морским, освежающим. С озоновыми нотками. — Они пришлют бригаду старателей и разделают эту тушу.

— А что там ценного? — удивился я.

— Сразу видно, ты не ходил дальше Третьего Круга, — хмыкнул Лич. — Броня туннельщиков — одна из самых ценных в мире. Лёгкая, прочная, держит прямые попадания снарядов. Она стоит бешеных бабок. И это наши трофеи, парень. Что-то отстегнём за работу, но потом можно будет получить на складе свою долю.