Цитадель

— Ты поможешь ее найти?

— Возможно, я и помог бы, но она ушла. Еще вчера вечером. И я не знаю, где ее искать.

— Она вернется. Будь уверен. Если я хоть что-то понимаю в людях, она вернется. А я, уж поверь мне, — Логан встал из-за стола и нагнулся к Рику, — понимаю в людях больше, чем ты. Поезжай дорогой на Арлон. И вскоре она объявится.

— А ты? Что ты собираешься делать?

— Отношения между Охотниками сложные — конкуренция, зависть и так далее. Вы встретитесь, пощебечете, передашь мое предложение. Я найду вас позже.

А когда найду, буду уверен, что она не полезет со мной в драку.

Глава 17

«Слухи о небывалых зверствах, чинимых демонами, имели под собой реальные основания. Правда, небывалыми они никак не могли быть, потому как многие владетельные сеньоры порой вытворяли со своими пленниками и не такое. Чего стоят только упорные слухи о людоедстве Хагена».

Из книги чародея Марвина «Хроники Цитадели».

1

Гелен возвращался из Амберга в замок окрыленный. Два дня переговоров с важными людьми, представлявшими интересы владетельных семей Северной Армании, в очередной раз привели его к мысли о гениальности Хагена.

Мало того, что он подмял под себя весь юг Армании, так теперь он медленно, но верно подбирал и северные провинции. Практически все, что предлагал Хаген было принято, многое предварительно одобрено. Главное — очень серьезные люди при дворе готовы сделать ставку именно на него.

Гелен не очень разбирался в тонкостях политики, но все же понимал, что теплый прием и красивые речи не всегда то, чем кажутся.

Поэтому его первостепенной задачей было рассказать о результатах графу, а уж решения принимать ему. Кому можно верить, а кому нельзя. С кем можно договариваться, а от кого лучше откреститься.

Переступив порог кабинета графа, Гелен замер, привыкая к сумраку. Шторы на окнах задернуты, свет источали лишь парочка канделябров и камин. Барон поежился. Несмотря на лето, несмотря на полыхающий камин, здесь было просто-таки зверски холодно. Хаген сидел в кресле у камина, и яростно ворошил кочергой угли, рассыпая вокруг целые снопы искры.

— Чего застыл? — сказал граф, не оглядываясь. — Подсаживайся.

Гелен послушно пододвинул стул и устроился рядом. Перехватив взгляд графа, барон вновь поежился. Глаза Хагена источали такой нестерпимый холод, что можно было подумать, что именно граф и выстудил комнату. Мысль была совершенно безумна, барон с трудом сдержал смешок.

— Холодно здесь, — заметил он, пряча гримасу на лице.