Сага о двух хёвдингах

Даже Эрлинг не поучал так много, как этот трухлявый пень.

Я вытащил заранее приготовленный подарок – красивый нож с позолоченной рукоятью. За такой две коровы сторговать можно.

– Держи, старик. Раз уж ты в этих краях главный, так и утварь должна быть подходящей. Может, вспомнишь меня, пока будешь мясо нарезать под свои три зуба.

– Зубов у меня поболе твоих, – привычно огрызнулся он и взял нож. – Уж чересчур наряден. Не для простого бонда.

– Ты, отец, не прибедняйся, – к нам подошел Альрик. – Бери нож. А нам пора уходить.

На том мы и покинули отчий дом Беззащитного.

В Северных морях нынче было оживленно. Обычно мы редко встречали корабли, особенно если отплыть подальше от берегов, а в этот раз по пути в Хандельсби заметили не меньше десятка. Там были и узкие хищные драккары, и пузатые медленные кнорры, и шустрые карви.

Перед фьордом собралось еще больше судов. Два конунговых драккара со знаком черного ворона перекрывали вход, с них к прибывшим отправляли людей для проверки или чтобы провести корабли через затопленные остовы.

Брань разносилась аж до Бриттланда. Ярлы мерились знатностью, рунами и богатством, чтобы пройти вперед других. Вольные хёвдинги посмеивались, глядя на них, но уступать не собирались. Среди прочих я заметил знакомые корабли: два драккара и кнорр под одним флагом, на котором вышит дельфин. Неужто Флиппи?

Когда пришел наш черед, я показал конунгов знак – толстый кожаный обрезок с выжженным на нем вороном, и нас пропустили без провожатых.

Впрочем, в самом городе творилось то же самое. На правом берегу, что поближе к двору Рагнвальда, негде было даже самую утлую лодчонку приткнуть, да и на левом все причалы перекрыты разноцветными боками кораблей. К нам подгреб шустрый мужичонка и предложил помощь:

– Сами видите, люди добрые, пристать некуда. Но я подскажу, где лучше оставить вашего красавца, и помогу добраться до берега, не замочив портков.

Выбора особого не было, так что я согласился. Мужичонка привязал лодку к нашему кораблю и показал, куда идти.

Мы словно прибыли на ярмарку. Кругом толпы людей, все разряженные, блестят серебром и золотом, на поясах дорогие мечи и топоры с твариными костями.