Тропами тьмы

– Главный советник, я надеюсь, вы поможете преемнику Ивэна вступить в должность и разобраться с делами?

Седой старец потеребил задумчиво бороду и очнулся от своих размышлений, но лишь для того, чтобы согласно кивнуть на вопрос её величества.

- Что ж, надеюсь, по оставшимся двум кандидатурам ни у кого не будет возражений? – спросила девушка, уже готовая дать распоряжение Николо, готовить бумаги на должности.

Мелиор Вишен обреченно махнул рукой, показывая, что не намерен больше вступать с королевой в бесполезный диспут.

- Позволено ли мне будет заметить, ваше величество - поднялся вдруг с кресла Джуф, - не слишком ли молоды выбранные вами этэны?

- Тогда позвольте вас в свою очередь спросить, господин советник, - обратилась к хоббиту девушка. – Когда вы стали советником, мне было всего семнадцать лет. Вас сильно смущал сей факт?

- Нет, ваше величество, - послушно ответил министр. Другого ответа Эйриэн и не ожидала.

- Тогда вас не должно смущать и то, что двоим новым советникам уже по двадцать пять лет. Согласитесь, это гораздо больше, чем было мне. Тем более, если сравнивать человеческое развитие и эльфийское. Я надеюсь, теперь я развеяла ваши сомнения? – поинтересовалась дочь весны.

- Скорее да, чем нет, - дипломатично высказался Джуф Егеул, садясь обратно на свое место.

- Что ж, я рада, что мы так прекрасно поняли друг друга и так быстро пришли к общему соглашению, - более чем мило улыбнулась королева и обратилась к Николо:

- Советник, прошу вас, впишите имена в соответствующие бумаги, я подпишу их немедленно, и позовите же новых членов совета, я хочу лично поздравить каждого из них с назначением.

Седовласый старец немедленно подошел к секретарю, ведущему протокол заседания и через некоторое время забрал у него три пергамента и перо и поднес их королеве на подпись. Эйриэн пробежала по ровным бисерным строчкам глазами и поставила свою роспись, полную вензелей и завитушек.

Новоиспеченных советников пришлось подождать какое-то время, как выяснилось позже, все искали так долго Даниэля Мельядо, который в этот момент находился в госпитале королевской стражи и духом не чуял о выпавшей на его голову чести.

Наконец дверь открылась, и тройка молодых людей вошла в зал дружным строем, четко печатая шаг.