Тропами тьмы

- А я еще генерал? – удивился Грозный Гвидо, не опуская глаз и пытаясь сохранить если не честь, то хотя бы лицо. – Совсем недавно вы назвали меня просто графом, я подумал, что вы уже разжаловали меня, осталось лишь подписать приказ. – Мужчина достал из-за пазухи свернутые письма и протянул их королеве. Девушка подала знак, и Келл молнией выскочил из-за её спины, принял у генерала письма и с поклоном передал их Эйриэн.

Самообладание изменило офицеру, он побледнел, получив еще одно унижение, что не без удовлетворения отметила коронованная особа.

- Вам не идет на пользу думать, это, увы, не ваш удел, - заметила с невинными интонациями в голосе дочь весны, опуская свертки на колени. Она не собиралась читать их перед генералом, даже несмотря на то, что их содержание уже было ему известно. – Ваш удел воевать, вести войско в бой, но никак не думать, и уж тем более не устраивать заговоры и не интриговать. В следующий раз не забудьте предупредить офицеров, для чего вы ведете их на аудиенцию к королеве, а то на лицах большинства из них я разглядела непонимание и недоумение.

- Я один отвечу за все, - на лице офицера заиграли желваки. – Меня и судите. Что со мной будет?

- Какова у нас высшая мера наказания за преступления против короны? – Эйриэн адресовала вопрос себе за спину.

- Пожизненная каторга на угольных рудниках без права помилования, - послушно ответил Келл.

Её величество пожала плечами:

- Не думаю, что вас ждет именно это наказание, генерал, вы ведь герой войны и кавалер ни одного ордена. Что с вами будет дальше, решит королевский совет по прибытии войска в Анорию. Пока что я назначаю вас командующим армии и доношу до вас свою волю – завтра к полудню лагерь должен быть свернут, и войско должно выступить по направлению к столице. Потрудитесь, чтобы наше шествие было организованным и не было похоже на беспорядочную толпу.

Но учтите, отныне за каждым вашим шагом будет вестись пристальное наблюдение, и в следующий раз подобный выверт я буду расценивать не так мягко, как сегодня.

- Ваше высочество, госпожа Эйриэн, - генерал оказался упрям и твердолоб, словно стадо баранов. – Но вы еще так слабы, может быть, вам не стоит так сильно напрягаться? После боя вы очень сильно истощены, это признали все лекари.