Тропами тьмы

- Если вывих, то все просто, - лекарь взял парня за локоть, - вот сюда нажмешь, вот в эту сторону дернешь. Только сильно, понял?! Чтоб суставы на место встали.

- Но господин маг, - молодой человек растерянно обернулся вокруг, словно ища у кого бы попросить помощь в борьбе со строптивым лекарем. – Но как же так? Может вы все же сами. Если все так просто, это же минутное дело, а мы заплатим... – кажется, он не собирался сдаваться так просто.

Мерилин, разглядев во взгляде упрямого слуги готовность втянуть двух высокородных особ в свой спор, поспешил шепнуть на ухо Эйриэн, «пойдем отсюда поскорее» и взял её под руку, уводя прочь с территории походного госпиталя.

- А где Антуан? – спросила она, устремив на друга свои огромные зеленые глаза, сияющие изумрудами на бледном лице.

- Кто? – в свою очередь спросил королеву гаэрленец.

Королева вдруг поняла, что эльф и ученик мага не знакомы.

- Ваше Величество, - раздался вдруг за спиной знакомый голос, - я знаю, где Антуан, позвольте проводить вас.

Этот голос принадлежал Келлу. Странно, как некоторые события удивительно меняют людей. Во дворце его днем с огнем сыскать невозможно было, а дозваться лишь через магический перстень, а тут от королевы ни на шаг не отходит, словно привязанный, каждое слово выполняет, по жестам желания угадывает…

- Да, Келл, проводи пожалуйста, - попросила Эйриэн тихим голосом и нисколько не удивилась, когда паж повел её обратно вглубь госпиталя.

Соловью не оставалось ничего другого, как сопровождать свою подругу. Он шел рядом и внимательно смотрел на ту, кого завистливые злые языки Гаэрлена называли обидным прозвищем «королева-дикарка». Еще бы! Было чему завидовать – никому еще не доводилось править страной, не достигнув совершеннолетия. По меркам своей Родины, Эйриэн была совсем юным подростком. Её сверстницы только начинали постигать азы магии, разучивали Цириту, вышивали и учились стрельбе из луков, о фехтовании даже и речи пока идти не могло.

А она здесь, среди покалеченных воинов, после боя, где самые искусные и искушенные воители выжили с трудом. Война обезобразила милое девичье личико, и даже природная магия не смогла с этим справиться, потому что ушла вся на борьбу с шаманством. Ни за какие сокровища мира Соловей не согласился бы поменяться с Эйриэн местами.