Тропами тьмы

Эльф сощурился, внимательно разглядывая лицо королевы, нахмурив брови, кинул взгляд чуть ниже своей руки, сжимающей черный с серебряной отделкой камзол, и оторопело спросил:

- Ты что, девчонка?

- И что с того? – порывисто спросила весенняя, отталкивая от себя нахала. Арейон, помогая наезднице избавиться от столь пристального и отнюдь недоброжелательного внимания, изогнул шею и попытался куснуть коня, на котором восседал торговец. Животное оказалось чуть умнее своего хозяина и поняв, что с чужаком не стоит связываться, отступило на несколько шагов назад.

- Это девчонка! – воскликнул гаэрленец, оборачиваясь к своим товарищам, удивленный и пораженный данным открытием.

- Ни за что бы не подумал - какая страшненькая… - высказался, подъезжая ближе и убирая лук тот, кого представили, как Ульма Лирлин.

- Да уж, не подумал бы, что Радул Калат опустился до такого, вернее такой, - поддержал приятеля Сельб Нелло. – Наверняка девчонка из какого-нибудь низкого рода, да еще вассального ему. Так? – спросил он у эльфийки, следуя примеру Лирлина, и закидывая лук на плечо, а стрелу отправляя в набитый под завязку колчан.

Эйриэн, по причине, которая до сих пор оставалась для неё загадкой, никогда не слышавшая о том, что среди кланов её Родины есть низкие, высокие или какие-нибудь еще, сочла за лучшее сейчас послушно кивнуть.

- Что они в нем находят? – морщась, спросил Сельб Нелло с досадой, проскальзывающей угрем в его интонациях. – Да еще и в Большие земли готовы за ним плыть через океан.

- А что он в них находит? – усмехаясь, спросил Лирлин, нагло разглядывая девушку.

- Ну-ну, значит, выполняешь важное поручение? – не скрывая презрительной иронии, поинтересовался Тэлейр и вновь с подозрительным вниманием принялся разглядывать её меч. Сердце эльфийки куском холодного камня отбивало глухие удары, грозясь с перепуга разбить грудную клетку.

- Наверное, я ошибся, - наконец вынес свой вердикт зачинщик разборок, задумчиво потирая подбородок. – Это все же не Пальцеруб, скорее грубая подделка более поздних времен.

Глаза эльфа вспыхнули знакомыми злыми искрами, и королева была готова поклясться - не у неё одной есть причина предъявить счеты темному. Похоже, её кровный враг много кому насолил на родине.