Тропами тьмы

Путешественники, беспрестанным потоком сновавшие туда-сюда косились на темного эльфа а, проезжая мимо, учтиво кланялись и снимали шляпы. Помимо любопытства во взгляде каждого встречного сквозило что-то еще еле уловимое, но резко отличимое от тех взоров, которыми обычно встречали и провожали светлых эльфов. Этим чем-то был страх, затаенный в самой глубине зрачков, готовый при любом резком движении девушки прорваться наружу паникой. Но она вела себя спокойно, и этот страх так до поры до времени и спал в глубине этэнских глаз.

Друзья проехали несколько придорожных заведений, пока Томас не указал на один из трактиров, с виду мало чем отличающийся от прочих.

- Давайте остановимся здесь, господин, - смиренно посоветовал шептун и проголодавшаяся Эйрин согласно кивнула.

Кабак, стоявший чуть в стороне от дороги, был обнесен низеньким заборчиком, возле которого уже топталось несколько привязанных коней. Расторопный слуга, заметив приближающуюся колоритную пару, поспешно выбежал навстречу эльфу и горгулию, низко склонился, чуть не попав под копыта их лошадей и бодренько спросил:

- Чего желаете, господа уважаемые?

- Две комнаты на ночь и ужин, - ответил за девушку Томас, спрыгивая с коня и подавая королеве руку, дабы помочь ей сойти на землю.

– О конях позаботься особо, - предупредил шептун, бросая мальчишке звонкую монету.

- Рад стараться! – воскликнул слуга, но, наткнувшись на темно-зеленый взгляд эльфийки, мгновенно отвел глаза и поспешно увел лошадей в стойла, стремясь оказаться как можно дальше от неё.

Да уж, поистине, новая внешность королевы нагоняла ужас на мирное население Эсилии. Ей даже и рта открывать не надо было. Хорошо, что именно Томас взял на себя роль переговорщика, иначе Эйриэн обязательно сказала бы не то.

Оставив коней на попечение слуги, путники вошли в таверну, и первые постояльцы, которых увидели друзья, оказались… эльфами. Эти собратья королевы были светлыми. Первым порывом девушки было развернуться и покинуть заведение, но королева, понимая, что такое её поведение будет казаться со стороны по меньшей мере странным, собрала волю в кулак и, сохраняя невозмутимое выражение на лице, прошла за один из свободных столов, которых в таверне было не так уж и много.

Нижнее помещение трехэтажного добротного трактира, состоящее в основном из зала для посетителей и кухни, скрытой за стойкой, было забито практически под завязку.