Тропами тьмы

Хоть и видела, что грудь человека не вздымается, и не слышала биения сердца в груди, несмотря на то что была совсем рядом. Девушка присела на колени и, переборов себя, дотронулась до лица учителя. Странно, но пальцы ничего не почувствовали – ни тепла, ни холода, совсем ничего. Но при этом она прекрасно чувствовала гладкость рога, который сжимала в ладонях.

- Удивительно, правда? – раздался все же за спиной неожиданный голос. Он мог принадлежать во всем лагерю лишь одному этэну: - Ты исчерпала всю свою магию, но вернуть жизнь не смогла - этого никто не может, зато теперь он теплый, словно не умер, хоть его сердце и не бьется, и сам он не живет.

Эйриэн молчала. Боль в душе тяжким грузом пригибала к земле. Слез не было. Они застревали где-то в горле не в силах вырваться рыданиями или хотя бы словами. Эльфийка вложила в руку учителю обломок рога, и приложилась губами ко лбу мужчины. Губы и впрямь почуяли живое тепло. Как же это было несправедливо – насмешка судьбы! Ну почему мертвый кажется таким живым?!

- Поплачь… - Мерилин присел позади девушки и обнял её за плечи.

Губы королевы дрогнули, резь в глазах заставила её часто-часто заморгать ресницами. Как же легко было плакать, видя умирание единорога, ничего не помня и ни о чем не зная. Те слезы несли упокоение, облегчение, умиротворение. Слезы же сейчас могли принести лишь новую боль.

Сжавшись в комок, уткнувшись в мертвое лицо отца, Эйриэн разрыдалась безнадежно, безысходно, горестно. Облегчения не было. Соленые капли резали глаза и щеки, ослепляя острой болью, словно наконечники стрел или копий.

Сколько она так провела, девушка не знала, ей казалось, что слезы никогда не кончатся и боль не пройдет. Но все имеет конец и хорошее, к сожалению, и плохое, к счастью.

Девушка перестала содрогаться от рыданий и замолчала, застыв на теле Ивэна. С первого взгляда было сложно определить, кто из них сейчас мертвее. Соловей приподнял королеву за плечи, развернул к себе и встретился глазами с её пустым взглядом. Она исчерпала себя еще раз.

Тогда на поле она тратила магию, а сейчас здесь растратила все чувства до последнего. Апатичный взгляд, безвольное тело, поникшие плечи. Казалось, вместе с жизнью учителя, она потеряла и свою собственную жизнь. Так горька и велика была потеря.

- Сельба, - менестрель легонько потряс её за плечи, - Сельб Эйриэн, - Позвал он, но не дождался никакой реакции от девушки. Даже зрачки зеленых глаз не дрогнули, чтобы обратить свое внимание на зовущего.