Рейнджер

С одной стороны – удача с аферой сулит, как минимум: прослыть спасителем миров и повысить свой божественный статус и силу, а как максимум же – увеличить свои владения в веере за счёт тех божков, которые просто сбегут с собственных территорий. Правда, если додумаются, как и куда. Или за счёт тех, которым гордость и самонадеянность помешают принять помощь «бродяги», с фатальными для гордецов последствиями. В идеале вообще можно стать единовластным владетелем Веера и перейти в гораздо более высокую лигу. Кстати говоря, в контексте бродяги и единовластного властителя, как там звали персонажа той наивной, но забавной истории? Арогорн его звали, да и внешность в так называемой «экранизации» удачно подобрали – не грех и позаимствовать, в рамках операции, если она начнётся.

С другой стороны – можно нарваться на неприятности со стороны тех самых «игроков высшей лиги», очень уж неодобрительно смотрят они на игры с Первичной стихией.

Тут бог вновь вспомнил ледяной блеск презрения в изумрудных глазах недавно (пару тысяч лет тому назад) возвысившейся дурынды – но ведь до чего же красивой! «Ладно, в конце концов – я же бог игры? Вот и сыграю на решение», – в руках мужчины появилась пара двенадцатигранных игральных «кубиков», которые он, не долго думая, высыпал с ладони вниз, на равнину.

– Хм, две дюжины, а я ведь не вмешивался. Что ж, сыграем на максимальный результат. Пара маленьких, управляемых прорывов Хаоса в нужных местах могут дать большой эффект. Если грамотно это подать, хе-хе…

Где-то около Центра Веера.

Арогорн сидел на камне, задумчиво глядя на то, что его смертные орудия легкомысленно обозвали «костром». Сидел, анализировал обстановку, строил планы, вспоминал…

Дела вроде начинают налаживаться. Конечно, до видимых улучшений ситуации в целом ещё далеко, удалось только уменьшить скорость нарастания неприятностей, но были и приятные моменты. Удалось выявить механизм появления Стабилизаторов, и даже немного переналадить его в своих интересах. Несмотря на некоторые потери, прорывов Хаоса в ранее незатронутые противостоянием реальности не было.

Нуждаясь в зримом воплощении образа Врага – как пугала для других богов и для наглядности пропаганды среди смертных – он придумал удачный, как казалось ход. Выбрав одно из воплощений Хаоса, своего рода недоделанную аватару, обладающую некоторым подобием автономности, бог Игры немного доработал его.