Рейнджер

Чувство леса, напрягаемое мной до предела дальности (с минимальной чувствительностью, чтоб только уловить факт наличия живого существа с центнер весом), не показывало никакого следа орков. Мы остановились на небольшой полянке, образовавшейся вокруг большого лиственного дерева. Сперва я принял его за граб, но Спутник поправил меня: это оказалось местное дерево, на Земле не растущее. Но на граб или клён всё равно было похоже. Хорошо, что не дуб: визит стада диких свиней в поисках прошлогодних желудей среди ночи не входит в моё понимание покоя и отдыха.

Никакого ручейка под корнями, вопреки книжной традиции, не обнаружилось, да и в радиусе сотни метров от полянки – тоже. Искать не было ни настроения, ни особого смысла. Перекусили сухим пайком – прессованными брикетами из сушёного мяса, дроблёных орехов, каких-то корешков, плодов и зёрен. Кстати, именовалось это чудо кулинарии, казавшееся явным анахронизмом, «Орденский кирпич». И Спутник, молчаливо вздохнув, подтвердил, что знаком с этим блюдом очень близко, может даже ближе, чем хотелось бы.

Запили водой из фляг и начали устраиваться на отдых. Огня не разводили, по вполне понятным причинам. Я ещё пожевал немного кофейных зёрен. Оказалось, что помимо знакомого по Земле эффекта они ещё и здорово ускоряют восстановление резерва маны. Это, конечно, хорошо, даже очень. Я тут же пересыпал горсть зёрен в один из накладных карманов, для использования на ходу.

После скромного ужина уложил двурвов спать, вызвавшись караулить первым, чтоб заодно убедиться, что погоня и правда отстала.

Эх, не ценил я ещё вчера своего счастья! Сейчас бы пару часиков поспать, да где там!

Тогда я, немного поколебавшись, поставил всё же сигнализацию и, при помощи зажжённой свечки, провёл ритуал сродства с Огнём, возобновив защитный кокон. Интересно, в моём мире этот ритуал описывался как один из простейших и общедоступных, а здесь считается очень сложным и чрезвычайно опасным для мага. Странно, конечно, но я никакой опасности не уловил, и Спутник молчит по этому поводу.

Убедившись, что вокруг всё тихо, я, пока совсем не стемнело, полез в рюкзак за трофеями. Не без опаски развернул кожаный тючок и осторожно взял в руки бубен. На сей раз тряхнуло заметно слабее. Или из-за того, что я был готов, или смерть прежнего владельца ослабила чёрную ауру – не знаю. Я вытряхнул погремушку на передник, служивший до того упаковкой, и начал рассматривать своё приобретение.

Обод бубна был сделан из цельной кости.