Мёд и сталь. Наследница.

Ну, а с ветром кто будет спорить, Решится ветру перечить? Вышивай жасмин и левкои, С женихом ожидая встречи.(1)

Когда песня закончилась все стояли молча, но как только поняли, что текст закончился, аплодировали и просили продолжения. На что Таль ответил, что я выступлю еще раз, но чуть позже. Гости были расстроены, но приняли и поняли, что мне нужен отдых. Я, как только освободилась, направилась к столику и налив сок опрокинула стакан. Мне было жарко, поэтому я не обращая внимания на остальных, приводила свое состояние в порядок.

Но в одиночестве меня не оставили. Ко мне подошел арв, вернувший свой прежний презентабельный вид и предложил потанцевать, со словами:

- Я обязан вам за оказанную целительскую помощь, - но мне не понравился предлог, поэтому я отказала:

- Извините, но это не повод приглашать меня на танец, я лучше постою и отдохну, - арв тяжело вздохнул, взяв меня за руку, повел к танцующим парам. Я пыталась сопротивляться, но он держал крепко. Пришлось смириться, желания скандалить с ним у меня не было, да и Сальфирия еще одного скандала на своей свадьбе не переживет.

Он вел меня в танце, я же следовала за ним, выполняя все действия, как партнерша. Как только музыка закончилась, он поклонился и пригласил меня на балкон, я проследовала за ним. Как мне показалось, он хотел со мной что-то обсудить. Когда за ним закрылась дверь на балкон, а я облокотилась о перила, он подошел ко мне, вставая рядом, взгляд его не был направлен на меня, он смотрел куда-то вперед, а говорил так, будто это мысли с самим собой, а не разговор со мной.

Все делалось для того, чтобы показать кто я, а кто все остальные.

- Вы ведь понимаете, что на этом празднике вас не должно быть?

Он смотрел на меня, как на преступницу, сбежавшую из-под стражи, выдававшую себя совершенно за другого человека, красуясь перед богатыми людьми. Я это и сама понимала, но подводить друга, который ждал этого момента с нетерпением, хотелось меньше всего. У меня и так мало друзей, а терять еще и первого поистине настоящего друга, больнее всего.

Но арва это мало волновало. Для него наша с Талем дружба просто блажь, как его, так и моя, банальная дань прошлому. Но то, что мне тут не место, я понимала с самого начала.

- Я это понимаю, и как только выдастся шанс, я уйду, - но этого ему оказалось мало. Хотелось большего, совсем стереть их всех из моей жизни, загнав в тень, во мрак, где мне, по его мнению, самое место.