Мёд и сталь. Наследница.

Пусть многие и удивлялись, почему эльф дружит с такой как я, ведь полукровки всегда считались изгоями, которых мало кто принимал. Может у эльфов или остальных рас именно так, у сильфов все совсем иначе. Мы не отказываемся от ребенка только потому, что кровь его разбавлена другой расой.

Ему было все равно, он принимал меня такой, какая я есть. Мы смеялись, веселились, не обращая внимания на злые языки. Я ему доверяла, как и он мне. И он был первым, кто узнал о моем обращении и новой сущьности. В первую ночь после пятидесятилетнего заточения и обучения в башне замка, когда мастер освободил меня, я блуждала по улицам, в поисках удобного случая покончить с такой не жизнью, но встретила его.

...Я надеялась, что он убьет меня, но ошиблась. Я умоляла его покончить с муками моей души, но все тщетно, у него не поднялась на меня рука, даже не смотря на то, кем я стала. Он понимал, кто я, но избавиться от старого друга он не мог.

- Ты должна жить, - говорил мне он, - бороться за свою душу. Пусть ты теперь нежить, душа остается прежней, если ты будешь за нее бороться. Можно жить и в этом состоянии и с такой судьбой, - он старался всеми силами меня подбадривать, - на тебе нет чужой крови, значит, ты смогла побороть в себе тьму и жажду крови. Живи дальше и докажи самой себе, что Сашель, которая была человеком и сильфом по-прежнему ей и осталась...

Его слова в ту ночь все еще не стерлись из памяти, сидят внутри меня до сих пор и постоянно поддерживают, заставляют бороться с самой собой.

- Саши, скажи, каким ветром тебя сюда занесло? В этом городе полно охотников и инквизиторские сходки постоянны? Опасно ведь, - спросил друг, переживая за меня, - заметят и тебе конец.

- Не переживай за меня. Они вряд ли что-то заподозрят. Я хожу днем на глазах у всех. Да будет тебе известно, таким как я это не под силу, вот это и есть мое надежное прикрытие, даже если появятся какие-то сомнения на этот счет.

- И как давно ты гуляешь под солнцем? - Заговорщицким тоном спросил эльф. Взяв меня под локоток, повел другой дорогой, нежели я пришла сюда. Мы шли вдоль заброшенных домов. А вот куда именно ведомо только ему.

- Лет двести пятьдесят точно, - у него округлились глаза, а я добавила: - Я перестала быть молодой представительницей ночного клана, и именно поэтому могу спокойно передвигаться днем без вреда здоровью.