Проклятый Лекарь V

— Дарк за свое вмешательство в планы Кощеева и его устранение хочет, чтобы один из твоих сыновей женился на его сестре, принял их фамилию и встал под него.

— Что? — вскочил Николай Александрович. Даже боль в спине не остановила его от возмущения.

— Ты подожди, устанешь вскакивать на все, что он потребовал, — посмеялся генерал. — Три особняка. Те, что рядом, мы ему же пообещали, но этого ему мало, он хочет все земли в Пушкине. Помимо всего прочего, не пятьдесят, а сто миллионов рублей и разрешение ввезти в страну пятьсот диких, которые будут жить на этих новых территориях.

Повисло молчание, император думал. Земля не проблема. Сейчас, после гибели Ветрова и устранения неугодных, место освободилось. Сто миллионов тоже можно выделить из казны, тут все понятно, мальчишке нужны деньги на подготовку. Да даже дикие — ясно, зачем. За Кощеевым целая страна стоит и не одна. Вот только не слишком много пятьсот? Как потом их выгнать из империи? Хотя это решаемо, но сын… У Николая Александровича всего три сына подходящего возраста.

Братья молчали, каждый думал о своем. Генерал надеялся, что успеет привести в действие свой план по спасению страны. Император взвешивал все риски наделения Дарка такой властью.

Время предательски быстро тянулось, уже через десять минут нужно дать ответ. Великий князь ждал решения брата, а тот хотел услышать совет.

— Я согласен, — будто приговор, озвучил Николай Александрович.

— Хорошо, — уставшим голосом ответил ему брат и кивнул.

Он вышел из кабинета и направился в свой, который находился рядом. Так удобнее всего работать, а не бегать по всему дворцу. Затем связался с Дарком и передал ему волю императора.

***

Час пролетел быстро, я даже устать не успел. Генерал ответил именно так, как я ожидал. Я попросил его, не стал больше давить, чтобы он перевел деньги на мой счет. Он сообщил имя наследника императора, который объявит о помолвке с моей сестрой.

Я вышел из кабинета в отличном расположении духа. Проследовал на улицу и дошагал до ворот, нашел Вилберта.

— Свяжись со старейшинами, добавь к моей просьбе по поводу диких, чтобы отправили сюда пять сотен человек. Я тут их усилю, — сказал я главному среди моей группы охраны.