Повелитель Големов

Логово Инк"

Инк сидела на Любимом Стуле внутри вырубленного большим големом участка. Работа шла вовсю, и начинала получаться грубая комната. Но вот большую часть отработанного камня приходилось вывозить и расшвыривать по закуткам коридоров.

Ей старая деревянная тачка с примитивными колёсами начинала разваливаться, и, похоже скоро сломается и удивительно прочная кирка, которой голем вырубил столько породы.

Инк сейчас была одета в те отремонтированные дорогие одежды. Она бубнила, разговаривала сама с собой, и пыталась вызвать то самое пурпурное лезвие.

Раз за разом, занимаясь этим целый день. Большой голем стоял поблизости, без приказов. После визита "ящериц" у неё разболелась голова, но при каждой неудачной попытке создать пурпурное лезвие теперь не возникали заполняющие всю комнату клубы пурпурного дыма. Только маленькое облачко над рукой, что почти мгновенно растворялось в воздухе. Снова и снова, Инк пыталась его призвать, но лезвие так и не выходило.

Она зашипела, встала со стула, и повторяя вновь и вновь попытки призвать лезвие, заговорила сама с собой, уже громче.

Она приосанилась. Выпрямилась. С холодной гордостью, как у высочайшего дворянина, огляделась по сторонам, и произнесла, на Инфернальном.

— Требует тренировка дисциплины и упорства, множества попыток. Каждую неудачу, каждое усилие, нужно посмотреть, обдумать, найти ошибку. И затем — исправить. И тогда, достигнешь цели. — Инфернальный разносился эхом в выкопанной комнате, и столько благородства было в осанке, что чернокровку сейчас легко было бы спутать с высшим дьяволом.

Затем образ исчез. Инк стояла как обычно. Думала.

Затем она ссутулилась, изменила осанку, ухмыльнулась, оскалилась. И вот уже стоит хищная фигура в темноте. Что прыгнет, укусит, ринется в драку и будет рвать когтями и зубами любого. Она заговорила, на демоническом:

— Есть другой путь. Всегда был. Сила. Чувства. Сырую силу взять. Вырвать. Сделать своей. А затем силой слепить в нужную форму. Представить! Представить желаемое, оружие, что изрежет, покалечит твоего врага.

И приказать силе. И желаемое станет явным

Видели бы её сейчас кобольды, и племя бросило бы всё и кинулось удирать из пещер. Тело чернокровки не изменилось никак, но повадки напугали бы многих. Она оскалилась в темноту, затем выпрямилась, и образ пропал. Обычная чернокровка, странноватая, но не опасная, вроде бы. Только пыхает время от времени этим пурпурным облачком, всё пытаясь призвать лезвие.

Инк задумалась.