Грозовая охота. Том 1. Последняя из рода Блау

Конь гарцевал подо мной, а вся кавалькада столпилась сзади, потому что я остановилась… я остановилась, потому что не знала, где в моей деревне живут Браи, мои подданные. 

Где их дом? Сколько у них детей всего? Как их зовут, я не знала о них ничего. Даже эту ребятню, которая, восторженно вытаращившись, смотрела на дорогую сбрую, лоснящиеся бока коней и мечи, пристегнутые у охраны к поясам…никого из них я не знала по именам.

Я вообще ничего не знаю о своей земле.

— Эй, малыш… — я свесилась с коня и потрепала самого смелого по вихрастой макушке, — скажи мне, где дом Браев?

Мальчик молчал, засунув палец в рот и вытаращив глаза.

Браи жили зажиточно. По крайней мере, у них два сарая со скотиной, добротное крыльцо, большой дом из рубленого дерева, резные вставки на окнах, все дышало рачительной заботой хозяина. 

В подворье нас встретила девушка в завязанном мужним узлом платке и наказала крутившимся под ногами любопытным бесенятам привязать коней в стойле и задать корму.

В дом я входила с опаской. Общая атмосфера внутри резко контрастировала с деревенским миролюбием, как будто, перешагивая порог, я вступала в какой-то иной отдельный мир, отчетливо чувствовалась граница. 

Так и есть, я наклонилась и покатала пальцами мелкую крошку — соль и толченый красный кирпич были засыпаны в щель порога. Марта? Уверена, что и окна она закрыла так же. Зачем? Чего боится? От кого бережет…снаружи… или внутри.

В доме было сумрачно, несмотря на яркое солнце за окном, в углах копились тени, и казалось, они что-то говорят мне.

На второй этаж по широкой простой лестнице я взлетела сама, без всяких подсказок. Казалось, тьма наползала сверху вниз, немного покачиваясь на перилах.

Первая дверь — не то, вторая — не то, третья! Источник был там, за дверью. Я поправила кольца артефактов на пальцах, глубоко вдохнула и вошла.

В комнате было темно. Чадили свечи. Они занавесили окна толстой тканью, которая не пропускала дневного света.

Справа, на слишком большой для его роста кровати, лежал вихрастый пацан — синюшные губы и впалые щеки, зим девяти, укрытый одеялом. 

Слева, в самом углу в кресле-качалке сидела Марта. Свет свечей не доходил до угла, лицо было в тени, только изредка в темноте вспыхивал маленький красный огонек…она тут дымит трубкой?

— Мисси…наконец вы… — Марта говорила басовито, низким прокуренным голосом, едва заметно, по-южному растягивая гласные.