Грозовая охота. Том 1. Последняя из рода Блау

Вчера вот в вечерней смене, Гая знаете? Так вот он забыл, что племянницу Маги на свидание звал после склянок.

Да уж. Если можно поверить в мелкие совпадения, то племяшка Маги имела настолько впечатляющие формы, на которые исходило слюной всё мужское население поместья младше ста, что забыть про свидание с такой красоткой…

— Как давно?

— Да почитай уже пару зим как. Разбираться начали, так и припомнили, самое раннее по весне было, когда старую запруду унесло… — «как раз тогда, когда вам мастера-наставника Виртаса из столицы выписали» — несказанные слова повисли в воздухе.

Ликас никогда не называл Виртаса Наставником. Максимум — «мастер» и «сир», и то с определенным высокомерным превосходством, свойственным всем аларийцам.

— Мисси, вы же знаете, мы-то все помним, даже если забыть хотели. Матушки вашей, мистрис Релии, почитай, десять зим как нет, а ровно вчера всё было, — Ликас вздохнул. На самом деле я давно подозревала, что он тайно и совершенно безответно был влюблен в маму. И потом эта любовь плавно и естественно перешла на меня.

Без всяких моих заслуг. Иначе в чем причина такого особого ко мне отношения?

— Видел кто?

— Действуют всегда со спины, и мелькало там пятно темное, но не разобрать ничего. И дядя ваш несколько раз после разговора со Светлым вашим сам не свой делался. Распоряжения забывал, райхарец застаивался…

А вот это уже серьезнее. Но дядя? С силой трибуна восьмого круга? У кого хватит власти провернуть такое? И как обошли клятву о служении роду? Как?

Единственные, кто не приносил клятвы именно Блау, — это слуги тетушки и они сами.

Если предположить, что гипотетически, только гипотетически, среди них есть кто-то с девятым уровнем, а чтобы насильственно вмешиваться в сознание трибуна восьмого, нужен трибун девятого, это запредельный уровень… да нет, это бред. Великий, вразуми!

Одно дело стирать воспоминания слугам. Слугам. Слугам.

— Слуги из наших или…

— В основном из наших. Из пришлых пара всего.

Наши — значит приносили клятву Блау. Что это значит? Значит, при попытке причинения вреда Роду последует наказание.

А при чем тут воспоминания? Видели что-то лишнее? Не помнишь, что видел что-то плохое, и не сообщил — значит, не видел. А раз не видел, не знаю, значит, что… наказания не последует.

— Ещё… жалобы, странности, симптомы… — Я покрутила пальцами в воздухе.

— Есть, как не быть. Все на голову жалуются. Марта свои зелья почитай ведрами варить стала. Раньше брезговали нашим, а тут глядишь ты, — Ликас беззлобно усмехнулся.