Грозовая охота. Том 1. Последняя из рода Блау

Единственный способ понять – это научиться самой, а когда ты поймешь – вопросов не останется. 

– Учи то, не знаю что, и ты поймешь тогда, не знаю когда, – я фыркнула.

– Чего ты боишься, Вайю, – Ликас подкатился ко мне поближе, приблизившись нос к носу. Дистанция была слишком маленькой, а потому не комфортной. – Чего ты боишься на самом деле?

– Я ничего не боюсь, – лучше отодвинуться от него подальше.

– Боишься, – Ликас констатировал факт, сдвинув брови. – Поэтому не получалось так долго. Ты очень сильно боишься.

– Я ничего не боюсь, Ликас, – на самом деле я боюсь до усрачки. Я боюсь так, что меня немного подташнивает от ужаса. 

Этот аларийский круг сильно напоминает по ощущениям Вызванного и созданий Грани. Такая же абсолютная чуждость. Такое же пристальное, просвечивающее внимание. Как будто все секреты  моей души лежат на чьей-то большой чужой ладони, и этот кто-то взвешивает мою душу на весах – сжать пальцы посильнее или пусть поживет, потрепыхается ещё?

Может, этот алларийский Разум способен узреть то, что я переродилась, можно сказать очнулась в этом мире внезапно и непрошено.

Если Высшие – захватчики, а они претендовали только на земли, оставив аллари в покое, то как можно назвать того, кто захватил, занял вместилище чужой души, ведь делось же куда-то сознание юной Вайю? Растворилось в моем? Заснуло? 

Ведь жила же она как-то до шахт, до меня – думала, верила, любила, училась. А потом хоп и всё. 

Какой приговор вынесет мне аларийский Круг, если поймет, что они достучались совершенно не до того, кого хотели? Ведь я точно помню, что у меня лично таких способностей не было.

После моего пятнадцатилетия все аллари, за исключением нескольких и Нэнс, просто покинули поместье Блау. 

Я боялась признаться в этом самой себе, но некоторые несоответствия, которые нельзя списать на то, что история изменилась, были. Я не помнила нескольких слуг, несколько украшений из своей шкатулки. Аксель не должен был присылать мне эту демонову шпильку, псаковы Арритидесы вообще не должны были появляться на горизонте.

 

В то время я увлекалась танцами, но не настолько, чтобы иметь в своем гардеробе, ровно семь танцевальных комплектов. А ровно столько висело на вешалках в самой дальней части шкафа. Эмоциональные вспышки, которые я списывала на проявления эмпатии и стабилизацию родового дара. Они не совпадали. 

И это меня напрягало. 

– Я ничего не боюсь, Ликас, – повторила я. – Веди, учи.