Грозовая охота. Том 1. Последняя из рода Блау

Вечно зеленые заросли красиво смотрелись в обычное время, сейчас, почти в полной темноте, света обычных факелов не хватало, зеленые стены значительно выше моего роста навевали тоску и воспоминания о тюрьме.

По пути тут и там попадались свежие трупы легионеров…седые виски…грузные фигуры с колотыми и резаными ранами…ветераны. Схлестнулись здесь? Вот тот, кого я собиралась пригласить на танец, он стоял у колонны…Почему не услышали? Купол тишины? Туфельки промокли и потемнели…от вечерней росы или свежей крови? Псаки.

Прыщавый хрен не смог бы провернуть это один. Кто? Кто предатель? Марий, где тебя до сих пор носит? Ликас, надеюсь вы в порядке…

Было холодно. Купол тепла в лабиринте не действовал, и я начала дрожать в тонком платье и туфельках.

Тиберий шагал сзади вместе со всеми "пустыми". Улыбчивый парень исчез, и я несколько раз оборачивалась назад, в надежде поймать отблеск сознания в его глазах.

Я догнала Маршу на втором повороте в центр лабиринта, предупредительно сжав руку Фэй-Фэй и кивнув Кантору.

Молча пристроилась рядом, подстраиваясь под шаг. Щеку Марши раздуло. Я оценила повреждения – есть всего несколько часов, прежде чем шрам останется навечно. Один из камней в перстнях сильно рассек щеку, оставив рваные раны. Её силе духа на самом деле можно было позавидовать. Быстро проблевавшись в кустах, она шагала вперед наравне со всеми, почти возглавляя шествие.

Я не знала, как начать разговор, чтобы Марша сразу не взбрыкнула.

– Фейу. Перемирие. Только на этот вечер. Обмен информацией, – Марша дернула головой в мою сторону. – Ты отвечаешь на мои вопросы, а я … я говорю, что Дарин на самом деле думает о тебе. Слово Блау, буду говорить только правду, – я шептала тихо. Пока «пустые» на разговоры внимания не обращали, но лучше не рисковать.

Марша молчала, ровно шагая вперед.

– Сейчас не время для тупых детских игр и обид. Давай подеремся, когда все это закончится. Зачем Фейу на самом деле вызвали легионеров в поместье?

– Идиотка, – Марша прошипела охнув, видимо говорить было больно.

– Сверху? Откуда? Чья печать стояла в приказе?

– Меня забыли ознакомить, – она издевалась, но отвечала. – Совет рода был против, дед даже…, – она осеклась, поняв, что сказала лишнее.