Смертельная Игра. Новичок

Он был одет в дырявую, обнажавшую худое костлявое тело, грязную одежду, в которой, приглядевшись, я, хоть и с трудом, но смог заметить монашеский балахон.

- Нам не нужны подачки Шейдара! – проорал громогласно старичок, вскинув руки вверх.

Он бы выглядел комично, если бы не белые, едва заметные, сгустки света, возникшие на его руках.  

- Мне казалось, что в Шейдара перестали верить, - заметил я, вспомнив рассказ Мирса. – Насколько я знаю, вы не должны знать его имени.

- Нет, мы никогда не забудем той твари, из-за которой в мире столько несчастий и бед… - проорал старик, зло посмотрев на меня своими голубыми, с фанатичным блеском, глазами.

Всё стало понятно. Мирс был не совсем прав, когда говорил, что служители Алиана полностью запретили верить в Шейдара. Точнее, вначале, скорее всего, так и было, но потом ситуация коренным образом изменилась. Когда бог один, то и все косяки автоматически вешаются на него, потому что он – Верховный, а значит, все беды будут от него. Но когда этих богов двое… Тут уж совсем другой расклад!

Шейдар в давнем противостоянии двух антагонистов играл очень важную роль, которую тот же Алиан не до конца понимал: для служителей Лучезарного Темный бог играл козла отпущения, от которого в мир пришли все грехи и все несчастья.

Побоявшись недовольства верующих, из-за того что все обещания светлого бога оказались вымыслом, Алианом было принято решение «вернуть обратно» Шейдара в наш мир, чтобы вешать на него своё грязное бельишко.

В который уже раз убеждаюсь, что Свет и Тьма – не синонимы добра и зла. И скажу честно: в данной ситуации бог Света – тот ещё засранец.

И вот сейчас я стоял перед истово верующим в Алиана фанатиком, которому должен был доказать свою точку зрения. И не только ему одному, но и всей деревне, что, скорее всего, будет весьма проблематично.

- Ты о Шейдаре, старче? О том боге, который, проиграв битву, канул в века? – громко вопросил я.

- Он не признал поражения и продолжил вершить свои темные дела! – упрямо прокричал старик, возведя руки к небу.

- Хорошо, предположим, что так… - решил я зайти с другого бока. – Я слуга Шейдара. Послушник Тёмного бога. А вы все, - я обвёл рукой деревню, - белые и пушистые почитатели Лучезарного Алиана, я правильно рассуждаю? – я, приподняв левую бровь, вопросительно посмотрел на чокнутого старика.