Смертельная Игра. Новичок

Он заискивающе улыбнулся, после чего мягким баритоном произнёс: 

  - Желаете переночевать? Тогда вы пришли по адресу: у нас самые лучшие комнаты в городе, - он открыл передо мной дверь, сделав приглашающий жест, чтобы я следовал за ним. 

Я смерил оценивающим взглядом сначала ливрею швейцара, а затем само здание, после чего задал вопрос, который был у меня на языке: 

- И сколько будет стоить здесь переночевать, уважаемый? 

А что? Мой хомяк ещё не свыкся с фактом, что у меня в кармане сто тысяч золотых.

  - Сто золотых за одну ночь, мсье, - сказал он таким тоном, словно это была сущая мелочь. 

Моего хомяка хватил кондратий. Он упал на спину, не подавая признаков жизни. 

  - Если же вы захотите номер люкс... – тем временем продолжал слуга в ливрее, - то триста золотых. 

После этих слов мой не до конца умерший хомяк с недоверием поднял голову, и затем с жалостным писком вновь её опустил, картинно вскинув лапы вверх.

  - К сожалению, у меня нет таких денег, - увидев реакцию хомяка, соврал я.

В конце концов, я уверен, что здесь, в Мюрхане, есть гостиницы и подешевле. 

  - Тогда иди отсюда, грязный серв, - сразу же по-хамски ответил мне слуга, закрыв перед моим носом дверь. - Ты своим неряшливым видом отпугиваешь посетителей, - он посмотрел на меня так, словно меня здесь вообще не было.

Подавив так и рвущийся на волю поток ругательств, я собрал яйца в кулак, решив слегка проучить наглого НПС. 

  - Вы меня перебили, - полным холода голосом заявил я. - Я - лорд Фириан, представитель одного из древнейших эльфийских родов, берущих своё начало от самой Великой битвы. Я прибыл из королевства Климас, находящегося в нескольких тысячах миль отсюда, с целью посетить самого императора Парнской империи, чтобы передать ему очень важную информацию.

Я самозабвенно врал, при этом сохраняя на лице аристократическую мину, которая могла бы соответствовать потомку одного из древнейших эльфийских родов Миркана. При этом я с удовольствием наблюдал за изменениями, которые происходили на лице слуги. Он сразу же побледнел, а его раскосые глаза с ужасом расширились после произнесённых мною слов.