Утопающий во лжи

(157/180)

Удивительно, но кровь практически не вытекала из раны, значит, яд парализовал тело до такой степени, что все процессы в нём замедлились. Но думал я об этом, уже покидая пределы своего дома. До рассвета оставалось не больше пары часов. За это время нужно наведаться в теперь уже бывший дом Шаора и устранить последних свидетелей. Если оставить кого-то из них в живых, они обязательно расскажут, у кого именно в гостях пропал главарь банды. А это может привести к совсем нежелательным последствиям уже лично для меня.

Ну или как минимум, к лишнему вниманию к моей скромной персоне. А в свете недавних событий, это мне точно не к чему.

В темноте ночи бежать было одно удовольствие, особенно приятно ощущалось отсутствие брони, за долгие годы службы она была уже так привычна, что практически не ощущалась. Но вот стоило только её снять, как это тут же вызвало неподдельное чувство лёгкости и стремительности. Хотя возможно, это было вызвано просто улучшением моих характеристик.

Минуя освещённые участки улицы, добрался до двухэтажного дома Шаора.

Жил он роскошно и явно не посредствам. Конечно, я понимал, что этот особняк ему не принадлежит и главарю банды просто позволяли пользоваться всем этим поместьем, скорее всего, как оперативной базой. Но думаю, достаток у него всё же был больше моего в несколько раз. Лихо перебравшись через каменную стену, вернулся к калитке в ограде и постучал в неё изнутри. Всё же характеристика Силы в 8 единиц несколько раздвигала возможности моего передвижения в вертикальной плоскости.

- Кто это там?! – обеспокоенно спросил один из охранников поместья.

Двое гоблинов, дежуривших снаружи, бодро открыли калитку и перехватив покрепче дубинки, вошли во двор. Первый и второй уровень, ещё совсем молодые, лет по 15. Резкий удар в горло обрывает жизнь первого.

Внимание! Вы получили 2 ОС. (159/180)

Короткий подшаг и второй валится следом на каменную плитку. Он даже не понимает, что я был прямо за отворённой им же деревянной калиткой.

Внимание! Вы получили 4 ОС.

(163/180)

Кому-то может показаться это чрезмерно жестоким, но для меня это просто обыденность жизни. На заданиях мне приходилось делать вещи даже намного хуже этого и не всегда для того, чтобы только выжить. Уже давно понятие жестокость у меня сменилось на необходимость. И меня сейчас всё устраивает, во всяком случае, до тех пор, пока я не начну получать от этого удовольствие. Вот тогда это будет означать, что старый десятник пошёл не по тому пути.