История Тальгарда. Книга четвертая: Убийца Богов.

Атаковать безоружного у всех на глаз, или же…

Противник, тем временем, показательно поднял руки и крикнул, что было сил:

– Я безоружен! И сдаюсь на милость наиба Дууза! Я надеюсь на твое благородство, Джабаль! Знаю, ты не допустишь, чтобы убили пленника в спину!

После этих слов, дамалор гордо проследовал мимо друзей Сальвата и скрылся в толпе воинов в зеленых доспехах. А чужаки, прибывшие сюда для того, чтобы отыскать семя Зверя, так и остались стоять в недоумении, обнажив клинки.

Глава 20.

– Убей его! – шепнул на ухо Джабалю Сальват Темный.

Наиб Дууза строго посмотрел в глаза чужеземцу.

– Ты ведь знаешь, что я не могу отдать такой приказ. – Еще тише ответил собеседник. – Темнокожих и без того считают отродьем Великой Тьмы, и не только потому, что цвет кожи этому благоволит.

– Он принесет в твой город беду, Джабаль! – настаивал молодой некромант. – Держать под замком такого сильного воина – непозволительно. Славийцы в открытую объявили Раджагаду войну.

– Я не поменяю своего решения! – твердо ответил наиб. – Славийцы короля Ярополка отправили в царство Мертвых многих моих сородичей. Темнокожие воины сражались за эмирство, сколько себя помню. Я не видел мира со дня своего рождения. С детства держал при себе меч, и никогда не доверял светлолицым, за небольшим исключением! Но, мы не звери, как поговаривают по ту сторону Стены! Несмотря на то, что мы не похожи на твоих сородичей, у нас есть кодекс чести по отношению к… пленным.

Джабаль хотел сказать «славийцам», но вовремя спохватился. Дамалор все же принадлежал к бойцам некоей Святой Земли, как поведал юноша ранее.

– Кодекс чести здесь не причем! – не согласился молодой некромант. – Идет война короля Ярополка против эмира Мустафы, и мы невольные свидетели этому. На этой войне гибнут люди, в том числе и твои! И, насколько мне известно, по законам военного времени, ты вправе сам осудить пленника.

– Нет, Сальват Темный! Ты говоришь так, потому что от всего сердца желаешь пленнику смерти! И тебя вполне можно понять. Ведь вашему дамалору удалось улизнуть от расправы, сдавшись в плен. Но, повторяю: мы не звери, чтобы вот так без суда его казнить.