История Тальгарда. Книга четвертая: Убийца Богов.

Лишь несколько столиков облюбовала стража приграничного поселения. Может, Гази предусмотрительно отдал приказ не пускать в это заведение никого постороннего, кроме своих людей. Лишние уши здесь были ни к чему. Да и его светлолицые друзья не будут мелькать перед глазами темнокожих жителей. Хозяин заведения уж потерпит не прошеных гостей. Ему все равно, кто звенит в трактире золотыми монетами.

– Ну, вот вы и в Раджагаде! – поднял увесистую кружку с медом новый темнокожий друг Сальвата Темного. – Конечно, Иосадон всего лишь приграничное поселение, но дальше начинаются земли эмира Мустафы.

Гази отхлебнул из емкости золотистого напитка, и словно простолюдин, вытер рот рукавом туники.

– А что госпожа Зайнет? – спросил Ларвилас. – Такие богатые одежды я видел разве что у королевской знати Китежара. На той стороне Тальгарда.

– Ты прав, остроухий! – кивнул темнокожий. – Госпожа Зайнет приближенная эмира Мустафы.

– Девочка попала в хорошие руки. – Согласилась молодая ведьма.

– В самые хорошие руки! – поддержал ее Гази. – У госпожи Зайнет есть еще две дочери. Думаю, они найдут с Морошкой общий язык.

– Девочка прожила в Лувгитче много лет. – Напомнил Сальват. – Сомневаюсь, что она быстро свыкнется с мыслью о новом месте проживания.

– Свыкнется, мой дорогой друг! Даже не сомневайся! Эмир сам одарит ее подарками.

– Несмотря на то, что девочка – светлолицая?

Темнокожий снова хлебнул из кружки, и пристально посмотрел на эльфа:

– Давние распри уже в прошлом! – поведал Гази. – Все больше и больше детей со светлой кожей рождается на территории Раджагада. Прошли те времена, когда горожане скрывали своих, так называемых «иных» отпрысков. Конечно, таких «залетных» птичек, как вы, никто здесь не любит. То и дело, с той стороны Стены проникают на нашу территорию лазутчики короля Ярополка, представляясь дальними и потерянными родственниками одного из темнокожих.

– То есть, нам все же придется оглядываться по сторонам? – переспросил Сальват.

– Вы под моей защитой! – гордо сказал Гази. – Со мной вам ничего не грозит. Четверо моих лучших воинов будут следить за тем, чтобы вас никто не побеспокоил.