Гниль

Прямо вслед за свистом, в момент его перехода в наивысшую звуковую точку, голова незадачливого купца лопнула, словно перезрелый, подгнивший фрукт и обдала Бледного, а также ближайшего мальчишку-возничего, своим отвратительным содержимым.

Мальчишка моментально перегнулся через высокий борт повозки, в приступе неудержимой рвоты, безжалостно выворачивая на землю содержимое собственного желудка. А вот Бледный к смерти был давно приучен, и неожиданная кончина купца не принесла ему ничего, кроме раздражения и моментального прилива адреналина в крови.

Он повернулся к месту нападения, старясь держать всех своих людей в поле зрения и контролировать подходы к караванным повозкам и обслуге купца, после чего немедля вскинул руку вверх и выкрикнул одно из условных обозначений, служившее командой к началу круговой обороны от неизвестного противника.

Впрочем, люди Бледного и сами прекрасно знали, что нужно делать в подобных ситуациях. Четверо обученных стрелков, имеющих автоматическое оружие и запас боеприпасов, расположились прямо в центре каравана, распределив между собой сектора обстрела и особенно сосредоточившись на направлении непонятного шума.

Ласка, вторая из владеющих Благодатью в их отряде, также находилась со стрелками, используя свою усиленную чувствительность, чтобы эффективно корректировать огонь последних. По какой именно причине Ласка не смогла заблаговременно обнаружить и предупредить его о надвигающейся засаде, Бледный сейчас предпочитал не думать. Разбор полетов будет потом. Если они вообще выживут после этого проваленного заказа.

Остальной неполный десяток бойцов рассредоточился по обеим сторонам от остановившихся повозок и обнажил клинки, стараясь прикрываться деревянными бортами и колёсами от возможного обстрела.

Впрочем, этого не потребовалось, так как из кустов снова раздался пронзительный свист и одна из караванных служанок, неосмотрительно высунувшая голову из своего укрытия, моментально повалилась на землю, хватаясь за разорванное горло и заливая придорожную пыль алым каплями фонтанирующей крови.

«Артерия – точно не жилец» - констатировал про себя Бледный, тоже обнажая клинок и накачивая тело Благословенной силой. Больше ничего сделать он не успел, так как к каравану со всех сторону выбежали множество мелких клыкастых зелёнокожих карликов, облаченных в грубо обработанные шкуры животных и какую-то кустарную, рваную одежду.