Хан. Рождение легенды

«Как же так?» — потерянно он спросил сам себя, но, оказалось, вслух.

— Вот так, — со злостью в голосе произнес Ирвин, с трудом сдерживая свои эмоции, — один день боя — и все, нет гарнизона. 

— Кроме меня, кто-то выжил из седьмого бункера? — с тревожным ожиданием спросил Сергей: у него еще теплилась надежда, что его друзья выжили. 

— Нет, — словно выплюнув, ответил капитан. 

В машине стало душно и неуютно. Хотелось что-то сделать, но разум понимал, что это уже не поможет. Казалось, будто тысячи осколков стекла кололи и резали душу и сердце.

— У нее сестра служила в седьмом бункере, — пояснил ему Ирвин, обняв эльфийку и гладя ее по голове. — Ну тихо-тихо… Все уже позади, — от этих негромких слов плач стал только сильнее.

Сергей смотрел на эту картину отстраненно и потерянно. Он вспоминал дни, проведенные с друзьями, их приключения, веселого Волерея и рассудительного Маризула… Казалось, что это какая-то чудовищная ошибка, что вот сейчас, если сильно захотеть, все вернется назад… Но, увы. Никакое желание не способно вернуть назад тех, кого уже с ними нет. Эльфийка наконец перестала плакать и, отстранившись от Ирвина, обхватила голову руками и молча уставилась в одну точку. Так они и ехали весь оставшийся путь в мрачной тишине и отчаянии.

Через час прибыли в место сбора возле города Лонье. К ним сразу подбежали местные целители, принимая раненых и осматривая остальных. Сергей как командир этого отряда был осмотрен сразу, и затем отправился к стоявшему в стороне темному эльфу в форме полковника. 

— Старший лейтенант Громов, — отдав честь, представился он. 

— Полковник Авоэль фон Гранд, заместитель командира четвертого корпуса, — с сочувствием во взгляде ответил темный эльф.

— Так точно, — потерянно ответил Сергей. 

В этот момент к ним подошла темная эльфийка в форме майора, со знаками корпуса целителей. 

— Все находятся в состоянии психологического стресса, — печально покачав головой, произнесла она, обращаясь к полковнику, — моя рекомендация — отстранить от службы и направить в медцентр. 

— Все настолько серьезно? — удивленно посмотрел на нее полковник. 

— Более чем.