Берсеркер по имени Арина

Я полагаю, что это уже будет первым шагом к тому, чтобы память возвратилась к вам.

Арина принялась вяло ковырять вилкой в своей тарелке. Но теперь она уже совершенно не ощущала никакого вкуса, поскольку все ее мысли были заняты совсем другим.

— Вы, хотя бы, помните, какой сейчас год?

Отрицательное качание головой.

— А век? Если я вам скажу, что сейчас двадцать третий век от Рождества Христова или двести пятнадцатый год Слияния Миров, вам это скажет о чем-нибудь?

Снова отрицательное качание.

— Да, тяжелый случай, — произнес Грегуар, и Арине показалось, что на одно мгновение на его лице промелькнуло удовлетворение.

— Вы увлекаетесь магией? — задала Арина мучивший ее вопрос.

— Увлекаюсь? — на губах Грегуара появилась короткая улыбка. — Что ж, пожалуй, можно сказать и так.

Он взглянул на свою собеседницу, словно размышляя, что ей говорить, а что нет.

— Наш мир слишком сложен, чтобы охарактеризовать его в двух словах.

— Но, все-таки, попытайтесь, — попросила она.

В течение нескольких мгновений Грегуар раздумывал.

— Я думаю, что для вашей памяти будет лучше, если вы сами взгляните на окружающий вас мир. Так сказать, посмотрите на все своими глазами. Это будет лучше любых слов. Но для начала, все же, доешьте свой завтрак.

Арина послушалась совета, и принялась за еду. По окончании трапезы был подан кофе. Женщина сделала пару глотков, и на ее лице появилось выражение удовольствия.

— Кажется, кое-что я начинаю вспоминать, — слегка прищурившись, и глядя на свою чашку, произнесла она.

— Что же? — спросил Грегуар, и на его лице появилось выражение заинтересованности.

— Похоже, я люблю кофе. Но, по-моему, и в нем тоже не хватает сахара.

Грегуар улыбнулся.

— Да, в кофе иногда добавляют сахар. Но это дело вкуса. Что ж, думаю, вам следует выходить в свет. Но если вы ничего не помните об окружающем нас мире, то, боюсь, вас может ожидать настоящий шок от встречи с ним.

— Да, скорее всего, вы правы, — согласилась Арина, и ее плечи слегка поникли. — Я не могу находиться у вас дома до тех пор, пока ко мне не вернется память. Кроме того, как я полагаю, находясь в изоляции, будет очень трудно вспомнить хоть что-нибудь.

— Все верно, — подтвердил Грегуар. — Но и без сопровождающего вам нельзя выходить. Тем более что вы не знаете, куда вам идти.