Пепел перемен, Том 3: Песнь войны

И хоть она старалась ухаживать за всеми в равной степени, но больше всего внимания получал светловолосый юноша с обожжённым лицом. Изуродованный, накрытый влажной повязкой, он молча лежал на своей кровати среди воплей и стенаний.

Иногда слышались новые голоса – кто-то просыпался и начинал кричать от боли, а порой некоторые крики превращались в затихающие стоны, после чего замолкали навсегда. Многие в тот вечер умерли уже после битвы, шепча дорогие сердцу имена посиневшими губами.

Рия покинула госпиталь, напоследок сменив Эрнивалю повязку.

– Храни тебя Холар, дитя, – сказала монахиня дрожащим голосом.

На пути в покои Рию не слушались ноги. Она шла медленно, держась за стену, когда её нагнал дядя Дунгар.

– Девочка моя! – старый гном крепко обнял её. – Великий Дугматор, да у тебя всё платье в крови! Ты совсем из сил выбилась! Я встретил Гальна, он лестно отозвался о тебе.

– Больше всего сейчас мне хочется… добраться до кровати, дядя…

– Да, понимаю. Нам всем нужно отдохнуть… Ай, да что это я! По секрету, – гном заговорил тише, – победа эта мало отличается от поражения. Эльфы крепко нас потрепали. К ним-то на помощь ещё могут прийти эти их «лесные братья», а вот если к нам не прибудут свежие силы, крепость придётся сдать. И в этом случае я отдам всё, что угодно, чтобы тебя здесь не оказалось.

– Я видела цену этой победы, дядя, – мрачно проговорила девушка.

– Не только этой, Рия, – грустно проговорил Дунгар. – Такую цену война забирает за любую победу, и за любое поражение тоже. Но, увы, это и есть то единственное, что останавливает сильных мира сего: число воинов не бесконечно, в отличие от амбиций королей и лордов. Если бы убитые солдаты могли воскресать, война бы никогда не кончалась… Ладно, мне только волю дай, так до утра не заткнёшь, а тебе поспать надо.

Преодолев казавшуюся бесконечной лестницу, девушка добрела до двери в свою холодную комнату и вдруг услышала голос:

– Рия! Постой! – Игнат бежал по ступеням. – Я тебя всюду искал. Госпитальщики уже разошлись, а тебя с ними не было. Уж думал, не случилось ли с тобой чего.

Его огненно-рыжие волосы словно встали дыбом, а в глазах читалась радость.

– Что ты наделал… – холодно произнесла девушка.

– Что наделал? Пожёг остроухих как вязанку хвороста.