Пепел перемен, Том 3: Песнь войны

Дунгар и Рия ехали в отдельной госпитальной части обоза вместе с хирургами, белыми сёстрами Ордена Аминеи и прочими, кому надлежало помогать раненым и больным. Гном был не в восторге от такой компании, но оставить Рию одну он не мог. Даже когда Дунгар наведывался к маркинтантам, он неизменно возвращался к Рие, пусть порой от него и несло выпивкой. На возмущение матушки Анеты, приорессы монастыря Святого Беренгара и старшей среди монахинь, он неизменно добродушно отвечал:

– Леди, вам и не снилось, сколько миль я оттоптал впроголодь в былые годы! А уж сколько раз я махал топором на пустое брюхо, знаете? И теперь, имея возможность, отчего б мне не получить желаемое за честно заработанное серебро? Отчего б не отдохнуть перед грядущей битвой? Малышке Рие тоже не мешало бы отвлечься, да, видать, от вашего тоскливого вида ей ничего и не хочется.

Но Рия всякий раз говорила, что ей ничего не нужно. Она занимала время разговорами с обитателями госпитального обоза, в общении с которыми нашла неожиданный для самой себя интерес.

Несмотря на юный возраст, Рия успела прочитать перевод труда Гиппокреона из Кеотии, а кроме того, осилила половину монографии Кая Авлия Цельса, аэтийского врача и выдающегося хирурга своего времени, который когда-то спас императора Алестиниана после тяжёлого ранения. Алхимическое искусство во многом перекликалось с медициной, так что девушка в этой области считала себя как минимум не глупее монахинь, костоправов и знахарей.

– Разумеется, я читал Цельса, – вздёрнув крючковатый нос говорил престарелый врач Эббен Гальн, – Всё-таки в мерцбургской Коллегии естественных наук его изучают ещё на втором году обучения. Только вот есть вещи в его трактатах, с которыми я как хирург никак не могу согласиться.

– Это какие же? – с любопытством спросила Рия.

Гальн был одним из немногих, с кем ей было интересно вести диалог. Остальные казались слишком некомпетентными в вопросах медицины, сводя всё к исцеляющей силе Холара и настоям, облегчающим боль.

– Извольте. Например, в своём труде «Ars medica», что означает «Искусство врачевания», – пояснил он остальным, – Цельс утверждает, что наступит время, когда будет возможно исцелить любую болезнь, а рукам врача будут доступны самые потаённые уголки человеческого тела.