Своя игра - 6. Две короны

Он оглядел присутствующих и спросил:

— Так где мы достанем ману?

Зал дрогнул от хохота. Маг — и тот улыбнулся. Он встал, с признательностью кивнул мне и вышел: отправился составлять заклинание, каждая ошибка в котором могла иметь фатальные последствия. А потому в нем не должно быть ошибок.

Зальмовцы, отсмеявшись, с удивлением переглядывались, точно разом уснули на заседании, и вот теперь проснулись. В самом деле — чего это они застряли на ровном месте? Практические задачи решать надо; дела вперед двигать надо.

Я тоже хотел уйти: чувствовал себя неловко из-за своего наезда, хоть он и имел положительный эффект. Но меня не отпустили. Нет-нет, доблестный Иван! Будьте благосклонны — останьтесь. Вы с доблестной Джейн — единственные среди нас, знакомые с современностью. Так не подскажете ли, как выдрать из этой современности ману — быстро и много? Или постепенно, — но тоже много?

Я растрогался, и уже хотел было пообещать дать зальмовцам в долг клад капитана Гамбара, — да не настолько я добр, чтоб оказаться способным на такое даже в минуту наивысшего душевного подъема.

Ничуть не сомневался, что горожане вернут деньги, и с процентами. Однако вернут они только если смогут. А если нет?

К тому же я до сих пор не знал, насколько велик клад. Вряд ли он так богат, чтобы при конвертации в ману его хватило на поддержку антипроклятия в течение полугода и дольше.

— Проблема с маной сродни проблеме с магом, — сказал я, вновь обращаясь к собранию. — Просто вы почему-то не решаетесь сформулировать ее коротко и ясно.

Почему-то вам нужно, чтобы это сделал кто-то. Хорошо — я сделаю! Быстро добыть много маны можно лишь с помощью чуда или войны. А так как чудотворцы среди вас отсутствуют, остается война. Вы мирные, хоть и умеете сражаться, и тактика насилия и грабежа вам претит. Тем не менее другого способа нет.

— Мне уже хочется спросить, на кого идем войной, — развел руками градоначальник. — Но, думаю, это ни к чему? Тем более что на сей раз мой вопрос уважаемое собрание не повеселит.

Иван прав: мы привыкли создавать что-то своим трудом или торговать. Привыкли защищать свое, а не отбирать чужое.

Присутствующие нехотя, почти обреченно с главой города согласились — односложными репликами, невнятным бурчанием и кивками. И вновь с надеждой уставились на меня. Как дети, ей-богу… Сидят и ждут, что я, выдав вступление, продолжу, и разрешу их трудности. Допустим, я могу разрешить — так ведь в своих интересах! В их тоже, но прежде всего в своих.