Честно говоря, этот мир так жесток

Кем были изгнанники?

Изгнанником считали сумасшедших, выживших из ума людей, кои обитают где-нибудь на отшибе лесной зоны или за чертой городских ворот.

Однако то, были времена мирные.

Может быть, В былое время, этот факт Отречения не считался бы столь подозрительным, когда высокие леса еще не заселяли магические твари.

Чудовища из забытых легенд, коими пугали несносных детишек, появились в реальном мире так внезапно, как черт выпрыгивает из табакерки.

Жертвы измерялись деревнями, точное количество мертвецов могли сосчитать только боги.

А единственным, кто из-за этого поживился — Кочующие барды. Они стали главным источником информации со своими балладами и песнями.

Детские страшилки воспевали в шутливые баллады, только вот никто больше не смеялся. Музыканты набивали свои потёртые мешочки, а жаждущие историй выпивалы получали свою захватывающую сказку на ночь.

Ленне не боялся старика, живущего за городом, но ведь вполне могло оказаться, что вместо седого сумасшедшего его встретят те самые мерзкие существа, наводящие ужас, ловко имитирующее голос и человеческие повадки.

Безликие!

Безликие — это те твари, кто убил его деда и уничтожил всю деревню, заставляя проживать стариков в страхе перед неминуемой смертью. Все, кого он так хорошо знал и любил — оказались жертвами сказочных существ.

Сумерки стали оттеснять день.

Лесоруб достал кремень с огнивом и решил разжечь костёр, но остановил себя.

За последние недели он успел позабыть о своем приобретённом магическом даре: извергать мощное пламя, что в стародавние времена приписывали исключительно драконорожденным.

Но без практики любое оружие может зачахнуть.

[Заклинание Сфера Огня]

В районе солнечного сплетения Ленне почувствовал лёгкое покалывание, и вот, когда магическая сила подступила к гортани, он выплюнул сформировавшийся сгусток.

Набрав скорость, сгусток магии моментально загорелся алым пламенем и врезался в сухие ветки, которых разбросало на несколько метров от кострища.

Все требует практики. — подумал Ленне и снова проделал ту же процедуру, пытаясь контролировать силу огненного шара.

Треск.*

Огонь раздулся в пылающий костёр; искры едва не зацепили соседние ветви деревьев, но у него получилось.

Немногим позже лесоруб почувствовал режущую боль.

Засучив рукава рубашки, Ленне заметил крупные шрамы на руках, которые когда-то оставила на нем Эмили. Старые шрамы раскрылись, покрывая руку алой кровью.

Ленне с ужасом заметил, что укусы Эмили теперь не походили на человеческие.