Граф Рысев

Также я заметил нескольких женщин. Ну да, в суровых местах живём, здесь нет места слишком нежным фиалкам, они уже давно того — завяли.

Тела были уложены в ряд. Я остановился довольно далеко, всем своим видом показывая, что не хочу приближаться. Собственно, это было не так далеко от правды. Но мимо пафоса пройти не смог. Протянув руку, указал на Кольку.

— Вот он, предводитель разбойников. Которые напали из самой настоящей засады на моих же собственных землях. До сих пор в голове не укладывается.

— Какой же это разбойник, это же старший егерь барона Свинцова, Николай, — раздался голос Маши.

Маша резала без наркоза, что ещё раз меня убедило в её неосведомлённости. Перешёптывания уже напоминали равномерный непрекращающийся гул.

— Да какой же он старший егерь, если именно он меня дубьём по затылку стукнул, едва не убив. — Произнёс я, глядя на Кольку. — Я его вспомнил, как второй раз увидел. Ну что же, теперь есть, что жандармам рассказать.

— А вот и врёшь ты всё, ничего ты не вспомнил, — я медленно повернулся к Свинцову. Тот по дороге во двор ещё приложился к горячительному и теперь смотрел на меня налитыми кровью глазами, как никогда становясь похожим на свой тотем.

— С чего бы такие познания, — я слегка наклонил голову, глядя на него с презрительной полуулыбкой.

— Да я был там, и ударил тебя Елисей, а не Колька! Николай только охоту организовал. Да кто в пылу погони вообще смотрит по сторонам? Мы даже не сообразили, что эта проклятая рысь на территорию вашего клана прошмыгнула.

— О чём ты говоришь, Боря? — вперёд вышел барон Свинцов, задавая вопрос сыну, который так кстати налакался и принялся откровенничать.

— Я? — молодой барон нахмурил лоб, видимо, стараясь сообразить, что только что натворил.

— Боря, скажи, только честно, когда вы с той охоты трупы домой привезли, прорыв точно был? — спросил я, продолжая его рассматривать.

— Заткнись, — прошипел он.

— Что, не помнишь? Да ты не волнуйся, амнезия — это не смертельно.

— И я вас понимаю, — за неё ответил Соколов, который в этот момент подошёл к племяннице, набрасывая ей на плечи шубку. — Такая гнусность, — он покачал головой. — Я велю собираться. Не позднее утра мы уезжаем. Надеюсь, Лёня не принимал участия в ваших сомнительных развлечениях.