Орден Небесного клинка

Сверху изображение украшали крошечные звёзды, но среди них были и крупные, которые соединялись пунктиром из синих осколков камня. Созвездие тянулось к краю мозаики и, не закончившись, исчезало в каменной стене вместе с узорчатой рамкой, словно резчик не успел выбить большее пространство для художника.

Руперт отступил немного и, высунувшись из расщелины в камне, позвал Мари.

— Здесь есть флюгер? — удивилась Бардо. — Никогда его раньше не замечала.

— Это не просто флюгер! — крикнул сверху Руп. — О нём и говорил Райан, это подсказка!

Когда Мари поднялась наверх, они вместе скрылись в каменном проходе.

Сидя на корточках, Руперт осветил мозаику и услышал удивлённый вздох.

— Это Роланд! — эхо её голоса несколько раз отскочило от стен. — Наверняка у него в руках Мерантиретит, но с кем он дерётся, я не знаю.

— А разве это не то самое потустороннее существо?

— Его точного описания я нигде не встречала, но, думаю, имей он крылья, они упоминались бы часто. Меня больше смущает этот нимб вокруг головы Роланда, — нахмурилась Бардо.

— Это место явно создали члены Ордена, зачем им использовать церковный символ?

Нимб редко изображался на иконах и церковных фресках, обычно его носили святые, что ожидали полной реинкарнации в Божественных садах. Согласно учению Пятерых, эти люди вели настолько праведную жизнь в глазах Богов, что те разрешали им переродиться в человеческом обличье, сохранив воспоминания о предыдущей жизни. В Священном Писании упоминалось совсем немного таких счастливчиков.

Редкие праведники вообще перерождались людьми, большинству доставались тела зверей или птиц. Люди, не совершившие ни зла, ни добра по отношению к другим, рождались в форме какого-нибудь растения. Все остальные попадали в копилку душ.

— Может, члены Ордена просто хотели подчеркнуть его значимость каким-то понятным образом?

— Это место уже его подчёркивает. — Мари задумалась. — Созвездие здесь явно не просто так. Может, это карта?

— Если ты собралась получить из этого координаты, то без меня, я ничего не понимаю в астрономии.

— По-моему, это Полярная звезда… — протянула руку Мари. — Это, кажется… не знаю. Нужно показать это Герде Валентайн.

— Думаешь, она осилит подъём по таким скалам?

— Нет, конечно, — повернулась Мари. — Ты нам для чего? Ты ж художник: возьми да срисуй.

В машине нашёлся карандаш, а дневник Райана Руп достал из своего пальто. Он открыл книжку с конца и под весёлое жужжание егерских фонарей принялся копировать изображение.