Орден Небесного клинка

Свивер стряхнул снег и отпрянул. На путников смотрели пустые глаза иссохшего мертвеца. На голове у солдата сидела каска, напоминавшая тарелку, винтовку он обнимал, точно спасителя, на руках у него были протёртые до дыр варежки, а на обмотанных портянками ногах плотно сидели самые обыкновенные лапти. Мари с Рупом мрачно переглянулись и двинулись дальше.

У сломанных ворот замка отчётливо виднелись следы. Судя по всему, оставивший их обошёл замок по кругу и, немного потоптавшись, вошёл внутрь. Никого, кроме Сваринно, не могло там быть.

Руперт достал пистолет и, пригнувшись, скользнул под покосившуюся створку, Мари проследовала за ним.

Путники оказались внутри главного зала, от высоких потолков и толстых стен которого отскакивало эхо шагов и завываний ветра. Внутри было даже холоднее, чем снаружи. В одном из окон отсутствовали ставни, поэтому снег, кружась, залетал внутрь и засыпáл расставленные вдоль стен грубые бревенчатые столы. Мари подошла к одному из таких столов, на них лежали винтовки и гранаты, каски, фляги и ящики с патронами.

— Похоже, об этих солдатах просто забыли, — шепнула Мари. — Возможно, они сидели здесь и ждали дальнейших приказов, когда война уже закончилась.

— Меня больше интересует тот, кто ждёт нас, — так же тихо ответил Руп.

Бардо выпрямилась, запрокинула голову, закрыла глаза и прислушалась. Она слышала дыхание Руперта, как скрипела и шуршала его одежда. Сухие снежинки с шипением перекатывались по полу, потоки воздуха завывали в окне и в покосившихся воротах, свистели в щелях и трещинах между каменными блоками.

Мари бросилась на улицу, выбежала к окопам и, взобравшись на блиндаж, взглянула на донжон. В одной из бойниц второго этажа горел тусклый, едва заметный свет, над покатой крышей башни вверх лениво ползла струйка дыма.

Бардо тихо спрыгнула с блиндажа и вынула Никсу из ножен.

Глава 23. Дядя Филипп.

Северная Релия. На берегу озера Айно. Раннее утро.

Лёд остался позади, и Филипп наконец смог пересесть в центр лодки, чтобы грести обоими вёслами. Он взмахивал ими не торопясь, вокруг по-прежнему было слишком темно, чтобы хорошо видеть, мимо чего плывёшь.